Хотел рассказать об одном случае, который случился с нашей семьей в Новогоднюю ночь. С утра 31 декабря у моей жены вдруг разболелся зуб, она приняла всемогущий Tylenol, но боль, эта проклятая зубная боль, так и не проходила. Весь день мы готовились к магической смене дат. Посмотрели по телевизору встречу Нового года в России и поехали к Сity Hall кататься на коньках. Осмотрели там выставку ледяных скульптур, прочитали расписание празднования и отправились на набережную озера Онтарио. Жена продолжала пить обезболивающие, но боль все нарастала. Ближе к девяти часам она стала невыносимой, и нам ничего не оставалось, как ловить такси и ехать в Emergency. Рядом патрулировавшие полицейские очень любезно подсказали, где находится ближайший госпиталь - St.Michel’s Hospital.

Сами понимаете, настроение у нас было неважное от предстоящей перспективы встречи Нового года в больнице. Прибыли мы в госпиталь в половине десятого, объяснили нашу проблему, и нас попросили подождать в пустом холле. Персонал, чувствуя приближение праздника, тоже начинал готовиться к нему. Помощь оказывать никто не торопился. Так в ожидании приема мы просидели целый час. Потом появился молоденький врач и пригласил жену в процедурный кабинет, а я с шестилетней дочерью остался в холле. Тут автоматически открылась входная дверь, и вошел высокий чернокожий мужчина с детской коляской. Он откинул чехол коляски - в ней лежал маленький ребенок, который горько плакал. Нового пациента тоже попросили подождать.

Мы с дочерью прождали нашу маму еще час, было половина двенадцатого. Я немного стал нервничать, а чернокожий мужчина и вовсе начал ругаться. Вокруг него собрался персонал и врач, стоя рядом с ним, тут же набрал «911». Что говорил врачам пациент, понять было трудно, но это была сцена отчаяния. Я спросил медсестру, где моя жена, и меня проводили к ней. К моему удивлению, она сказала, что ей до сих пор помощи не оказали и, видимо, не собираются. Тогда мы решили уйти восвояси, так и не получив никакой помощи.

…До Нового года оставалось пятнадцать минут. Мы вышли на Yonge в тот момент, когда мимо нас к госпиталю летели с сиренами полицейские автомашины. А потом, вернувшись домой, из телевизионных новостей мы узнали, что этого чернокожего человека застрелил полицейский. В репортаже было сказано, что потерпевший был вооружен, но в течение времени, когда я наблюдал за всей этой сценой, я не видел у посетителя никакого оружия, хотя он активно жестикулировал. Я думаю, что он стал жертвой равнодушия врачей. Что будет думать его ребенок, когда вырастет? Жив ли он? Оказали ли ему помощь?