Если все страдания и боль, присутствующие в мире, положить на одну чашу весов, а бедность - на другую, бедность бы перевесила их всех, учат богословы. Но бедность не обошла, к сожалению, и процветающий Торонто.

…Они лежат на холодном тротуаре у стеклянных небоскребов и пышных церквей в лужах от подтаявшего от их тепла снега. Прохожие ускоряют шаг и отводят взгляд. Кто решится посмотреть в глаза бездомному человеку в зимний день, когда ни один хозяин не выгонит на улицу собаку? Кто вынесет укор и отчаяние во взгляде этих несчастных? Среди них есть больные, старые люди. Они могут умереть в любую ночь...

В 1990 году на телестудии Торонто раздался звонок. «Я никогда так хорошо не жила до того, как рассталась с мужем и села с детьми на пособие. Сразу стала богаче. Получается, что разводиться выгодно. Какой парадокс!». И действительно, число матерей-одиночек быстро росло, а получавшие пособие не спешили с него сходить, становились «обломовыми», наркоманами, алкоголиками. Социальная помощь из временной превращалась в образ жизни. Люди устали от наглых подвыпивших попрошаек, требующих у прохожих не центы, а доллары.

Но в 1995 году началась «Революция здравого смысла» Майка Харриса, пособия сократились до 190 долларов в месяц как прожиточный минимум (кроме покрытия рента за жилье), но этой суммы не хватало даже на гигиенические нужды… Вэлфер не привязали к индексу цен и уровню доллара.

Очутившись в нищете и без крова, люди обращались в «Коалицию против бедности Онтарио» – Оntario Coalition Against Poverty. Ни одна организация не вызвала столько кривотолков, как эта. Имя ее главы Джона Кларка то и дело в новостях. И вот я в его офисе - восьмиметровой комнатке с одним окном. Стены, как трофеями, плотно обклеены вырезками из газет с фотографиями демонстраций.

- Факс отправлен, - говорит в телефонную трубку Джон. - Дали им на ответ три дня.

Опять звонок.

- У вас двое детей? Конечно же, не дадим выселить их на холод!

- Как и когда возникла ваша Коалиция? - спрашиваю я.

- В 1990 году. Тогда новые демократы горячо вступались за нуждающихся. Во время рецессии в разных городах возникли группы безработных. Мы организовали марш к парламенту провинции, требуя улучшения социального обеспечения, и впервые добились успеха. Тогда и решили объединиться. Так возникла наша организация. Но до сих пор мы не получаем финансовой поддержки от правительства. Наш годовой бюджет- не более 50 тысяч долларов. Постоянно работает секретарь да я.

- Выросла ли ваша организация за эти годы?

- После прихода к власти консерваторов в демонстрациях протеста стали участвовать до 500 человек. К нам обращаются инвалиды, больные, те, кому отказали в пособии и кто не в состоянии платить рент. Мы выигрываем почти все случаи, каждую неделю в среднем полдюжины. Кроме дел частных лиц, мы уделяем внимание и общественным проблемам: правам психически неполноценных пациентов, матерей-одиночек, представительниц первой древнейшей, детей улицы. У нас уже возникли дочерние организации.

- Какие методы вы применяете?

- Сообщаем в соответствующий орган, что берем под защиту обиженного человека и обещаем протестовать, если дело не будет рассмотрено в кратчайший срок. Устраиваем пикеты, входим в офисы и штабы партий, оказываем давление на парламентариев и муниципалитет, собираем демонстрации. Мы - за активный протест, не играть по правилам бюрократов, а давать сдачи!

По лестнице поднимается молодая женщина с ребенком на руках.

- Меня хотят депортировать, а дети родились здесь! - говорит она.

- Не отчаивайтесь, - отвечает Джон Кларк, - многим беженцам отказывают, но за права ваших детей будем бороться!

- Что у вас на повестке дня? – задаю следующий вопрос.

- Отсутствие дешевого жилья. Это самый взрывоопасный аспект бедности. После того, как сняли контроль за арендной платой, многим грозит выселение. Около пяти тысяч людей в Торонто ночуют в ночлежках, и еще столько же - на улице. Тысячи нашли приют у знакомых, родственников. Всего город остро нуждается в 60-70 тысячах недорогих жилых помещениях. Многие молодые из-за этого не могут создать семью.

- Расскажите, пожалуйста, о ваших последних акциях.

- Весной 1997 года около сотни бездомных захватили нежилой дом. Активистов арестовали. Акцию широко освещала пресса. Затем двадцать человек вселились в здание одного из закрытых госпиталей Торонто. В феврале этого года делегация бездомных перекрыла уличное движение в Оттаве, требуя встречи с премьер-министром. Была вызвана конная полиция, к нам вышел глава консерваторов Джо Кларк, а новые демократы пригласили в парламент. Позднее в Оттаву прибыла более представительная делегация. Летом члены Коалиции вошли в зал заседаний муниципалитета, требуя обсудить проблему бездомных. 7 августа мы разбили палаточный городок в сквере «Сады Аллана». Через трое суток нас эвакуировали, но члены Организации новой демократической молодежи поклялись, что они будут приходить в сквер каждую пятницу в поддержку бездомных до тех пор, пока правительство не решит эту проблему. Студенты испытали на себе удел бродяги, когда у человека нет даже доступа к туалету: чтобы воспользоваться им в кафе, нужно что-либо купить. Многие бездомные не получают пособия и не могут ни учиться, ни искать работу, ни снять жилье даже группой.

- Обращаются ли к вам русские иммигранты?

- Не часто. Хотя среди посетителей «фудбанков» русские - на втором месте. Как и другие недавние канадцы, они испытывают двойной пресс: бедности и языкового барьера. Ваша община разъединена. Одиночку не слышат. Когда мы объединяемся, мы можем влиять на политику. Это - демократия в действии.

Мы прощаемся. Джона ждет еще один посетитель. Он привез в виде пожертвования еду, одеяла, обувь и куртки.

Таким энтузиастам, как Джон, сочувствуют многие канадцы, хотя журналисты часто изображают их крикунами и хулиганами. Широко разрекламированный телефильм «Война в городе», показанный в этом году, был снят по заказу домовладельцев, которым из-за соседства с бунтарями Коалиции не удается продать свою собственность по высокой цене. Они не попытались пройти в мокасинах бездомных, как советуют индейцы. Неудивительно, что борцы с бедностью были показаны воинствующей группой, мешающей гражданам наслаждаться тихими уикэндами.

Вот что, например, пишут о них в газетах:

«Газетные критики молчат, когда протестуют богачи. Говорят, что парк захватили «профессионалы протеста». Гораздо большую зарплату платят Тому Д’Аквину, лоббирующему интересы крупных корпораций. Когда он требует встречи с премьером Онтарио, он ее обязательно получает. Не так, как бездомные. Налицо двойной стандарт. Никто не требует от защитников природы быть деревом, а друзей бездомных упрекают в том, что им есть где жить» (Томас Волком, «Торонто Стар»).

«Бездомные должны нанять судно и объявиться у канадских берегов. Это верный путь получить бесплатную медицинскую и юридическую помощь, еду, кров над головой и вэлфер» (Эн МакЭвин, читательница «Торонто Стар»).

«ОСАР создал свой палаточный лагерь после девяти месяцев бездействия правительства. Мартин Лютер Кинг также создал палаточный лагерь в 1968 году в Вашингтоне. В обоих случаях «силы порядка» победили справедливость» (Мэтью Беренс, читатель «Торонто Стар»).

«Советую вам провести хотя бы одну ночь в ночлежке. Уверена, что вы туда больше не вернетесь» (адвокат бездомных Уил Тейлор).

«Эти бездомные разгонят всех клиентов и туристов. Летом у сидящих на открытом воздухе хватают еду прямо с тарелок. Переведите их ночлежки на окраину!» (владелец кафе на Янг-стрит).

«Подростки, которых называют «сквиджи-кидс», - это вежливые и остроумные ребята, они создали себе бизнес. Если запретить им мыть машины, они пойдут воровать или продавать наркотики. У них нет адреса, чтобы послать им повестку, суды и так переполнены, а откуда у них деньги на штраф?! Лучше обучить их ремеслу, как делают в Нью-Йорке. Пусть полиция занимается настоящими преступниками.»(Майк, участник дискуссии на СТV).

«Я всю жизнь проработала и платила налоги, чтобы система заботилась о таких людях. Сегодня пенсионерам неприятно выйти на улицу. К нам пристают, трясут тарелками перед лицом, это - вымогательство. «Сквиджи» могут заработать до 300 долларов в день и не платят налоги». (Сара, участница той же дискуссии).

«Чем больше коек и убежищ, тем больше людей устремится в добросердечный Торонто» (Су-Эн Ливай, «Торонто Сан»).

«Не нужно было бы обрушиваться на детей «сквиджи», если бы существовала программа, предотвращающая их появление на улице, если бы такие программы занялись коренной причиной преступления».(Эн Маклеллан, министр юстиции).

«Позор! Правительство пытается покончить с бедностью путем ее криминализации» (Кэти Кроу, Комитет помощи бездомным).

«Эти дети нуждаются в помощи и больше всего в любви. У меня болит душа за них. Если кто-либо из политиков скажет вам иное, скажите ему: перестань осуждать и начни исправлять». (Майкл Корен, «Торонто Сан»).

Проблема нелегкая, отношение к ней многогранное, как и должно быть в свободном обществе. Когда часы пробьют в новогоднюю полночь, наши обделенные братья и сестры будут в двух шагах от ликующей толпы, но им будет не до веселья. Богатый город страны, имеющей огромные ресурсы, входит в новое тысячелетие с язвой на своем теле.

Бездомные взывают к нам давно. Каждый из нас может завтра очутиться на их месте... «От сумы да от тюрьмы не зарекайся», гласит пословица. Даже полиция, выселяя оккупантов «Садов Аллана», пригласила прессу и принимала самые мягкие меры, понимая, что имеет дело с «нарушителями поневоле».

Право на кров - основное право каждого человека. В Торонто существует огромный фонд субсидированного жилья, но вселяют в такие здания вне очереди просителей статуса беженца, в то время как остальным приходится ждать до десяти лет! Можно было бы отказаться от роскоши, например, не давать двухкомнатные квартиры одиночкам. Нужно увеличить отчисления на строительство таких зданий. Как лучшая страна в мире, Канада должна решить эту проблему безотлагательно. В Израиле, например, стоило появиться палаточным городкам, как правительство закупило сборные домики - «караваны».

Но построить доступное по цене жилье - это только полдела. Нужно наполнить смыслом жизнь этих людей. Ведь, как учил великий еврейский мыслитель Маймонид, высшая благотворительность - это та, которая отметает нужду в благотворительности. «Дай мне рыбку, и я поем сегодня. Научи меня ловить рыбу, и у меня будет пропитание всю жизнь», говорил великий Конфуций.