В спектакле принимают участие 39 кукол, которые перевоплощаются в 14 персонажей, создавая на сцене настоящую симфонию смеха – пародию на «кровавые ужастики» наших дней. И не только смеха: в канву постановки «врезаны» многие животрепещущие философские проблемы, вызывающие у зрителя мысли и чувства, тревожащие нашу жизнь.

Назвав свое произведение «Улицей крови», волшебник кукольного театра, вероятно, попытался приоткрыть таинственную вуаль своей творческой технологии. Его куклы, прежде всего, главные персонажи, ведут длинные монологи, обращенные к публике, почти как шекспировские персонажи. И зритель начинает чувствовать, что куклы – это те же живые люди, в жилах которых кипит (а порой закипает) живая горячая кровь.

Но почему же нас охватывает смех? Не потому ли, что такова истинная жизнь, в которой все пропитано звенящим от недомыслия смехом? Мне вспоминается мой двоюродный брат Макс Эмер, который еще в младенческом возрасте, лежа на ковре, в полном отречении от действительности играл с оловянными солдатиками. Быть может, с тем, чтобы через два десятка лет вместе со своим партнером и оператором создавать замечательные мультипликационные фильмы.

Кстати, герой нашего рассказа, гениальный кукольник Ронни Баркетт, тоже начинал жизнь с кукол и игрушек. Да и маг российского кукольного творчества Сергей Образцов, видимо, также с раннего детства поднимался на высоты кукольного перевоплощения и достиг высот всемирной славы. Я не стану перечислять все множество наград, в том числе международных, которые были присуждены Ронни Баркетту (упомяну лишь The Evening Herald Award на Дублинском театральном фестивале), чтобы показать, каким необыкновенным талантом засиял этот маэстро и кукольный волшебник на мировой театральной сцене. Зрительный зал искренне и поминутно взрывался разноголосым смехом, в котором были слышны и восторженные девичьи сопрано, и «взвешенные» мужские теноры и бас-профундо, утопающие в атмосфере всеобщего восторга.