...Этот неожиданный визит состоялся, когда все сотрудники уже разошлись по домам, а я, по обыкновению, остался, чтобы подвести итоги дня.

- Добрый вечер, - поздоровался поздний гость. - Извините за вторжение, тем более, что мы с Вами, господин редактор, не знакомы. Вернее, я Вас знаю по выступлениям на телевидении и радио, а вот Вы меня - нет. Но я Ваш постоянный читатель и слушатель; более того, верный болельщик Вашей газеты. Я не журналист, но часто печатаюсь в русскоязычных изданиях США, у Вас еще публиковаться не доводилось. После того, как я прочитал 49-й номер YSR, у меня родилась идея, которую, надеюсь, Вы одобрите. У вас часто усаживают гостей на «Зеленый диван» и интервьюируют их. Так вот, давайте сделаем наоборот: Вы будете отвечать на мои вопросы, даже самые неудобные. А мне есть что спросить. Я человек в русскоязычной общине информированный и даже очень. Ну как, идет?

Я был заинтригован, предложение мне показалось интересным. Тем более, что планировалась редакционная статья к следующему номеру газеты, что-то вроде «50 встреч с читателем». Разговор, как мне показалось, получился, и мы просидели на том самом зеленом редакционном диване до полуночи. А через два дня гость принес материал, который и предлагается вашему вниманию.

- Геннадий, я вижу число 10 для Вас удачливое. 10 декабря 96-го Вы выпустили 1-й номер, 10 декабря 98-го стала выходить еженедельная YSR, на следующей неделе, 10 июня, выйдет Ваш 50-й выпуск - своеобразный юбилей. Можно чуть истории? Как родилась идея создания Вашей газеты?

- Три года назад я и мои друзья Анатолий Качкин, Марк Мерман и Зураб Канчавели, как-то встретившись на Yonge Street, решили выпустить свою газету. Нам казалось, что назрела потребность русскоговорящей общины в издании, где нет перепечаток, где есть свои мысли и собственная позиция по отношению к происходящему в мире, где можно выступить со своим мнением и поговорить о наболевшем. Нужна была газета, которая информировала бы иммигрантов, помогала им обустроиться в новой стране – наша YSR, как Вы знаете, «для новых канадцев», хотя ее с удовольствием читают и «старые». Люди нуждались в издании, которое объединяло бы их всех - говорящих на русском языке и воспитанных на одной культуре. У меня была возможность восполнить эту брешь, я около 40 лет в журналистике. Так вышла The Yonge Street Review...

- Что самое трудное в этом деле? Вот канадцы говорят, что иммигранты наши мало читают...

- Это наши мало читают?! Читают и еще как! Просто люди стали взыскательнее. Им нужно грамотное и правдивое русское слово. Они все меньше потребляют низкопробную продукцию, уже прошло время таблоидов, в которые вкраплялись перепечатки из российских изданий, и все вместе это гордо именовалось газетой. Община развивается и это очень хорошо, что читатель становится требовательнее... А что самое трудное? Настоящее газетное дело очень хлопотное и не приносит быстрой прибыли. Cпонсора найти трудно, а если удается это сделать, то еще труднее убедить его в том, что надо набраться терпения. Ведь газета выходит за счет рекламы, и нужно очень долго ждать, пока издание выйдет на самоокупаемость. Здесь нет легких денег...

- Почему у вас такой маленький тираж?

- Давайте правильно поставим вопрос: почему у нас такой большой тираж – 10 тысяч экземпляров, но, тем не менее, газеты на всех не хватает? Не хватает, потому что ее сразу разбирают. Пока нам не под силу резко увеличить ее количество, так как это связано с новыми затратами, а свободных средств опять же пока нет...

- Это правда, что однажды конкуренты похитили у вас в одном из русских магазинов весь выпуск, до последнего экземпляра?

- Да, было дело. Называется такая тактика «так не доставайся же ты никому!». Действительно кто-то приехал в эту оживленную торговую точку (не буду называть какую, тем более, что выяснилась причастность хозяина к этой неблаговидной затее) и забрал все номера YSR... Грустно, что борьба за место под солнцем иногда не знает правил... Но «нашу песню не задушишь, не убьешь» – версия YSR есть в Интернете и оттуда ее уже не украсть. Кстати, совсем недавно нам сказали в одном из магазинов «Shopper’s Drug Mart», что много экземпляров нашей газеты забирают местные итальянцы. Мы были удивлены. Оказалось, среди них сейчас очень популярно изучение русского языка, и они используют YSR как пособие... Что ж, приятно.

- Какова самая большая головная боль главного?

- Знаете, когда я работал в агентстве «ТАСС-Грузинформ», у меня, как и полагалось, был целый штат сотрудников, профессиональных журналистов, которые знали, что и как делать, требовалось только указать направление работы. В Канаде же, особенно вначале, все приходилось делать самому, вплоть до корректуры и вычитки... В общем, редактор здесь и швец, и жнец, и на дуде игрец. Правда, сейчас у меня есть прекрасные помощники, три профессионала, и многочисленные авторы, волонтеры, которые делают доброе и полезное дело.

- Почему в газете встречаются опечатки?

- Лучше бы Вы этот вопрос не задавали – настолько он болезненный для меня! Когда наша газета выходила на восьми страницах раз в месяц, я, разумеется, все вычитывал сам до последней запятой. Потом мы стали выходить еженедельником на двадцати страницах, то есть объем работы увеличился в десять раз! Иногда мои сотрудники так устают, что не видят эти самые «ашипки», ведь внимание за много часов напряженной работы притупляется... Есть расхожее журналистское мнение: «Если ты сам так называемых ляпов «не заметил» и не сказал о них на планерке, а тем более, не упомянул о них в следующем номере газеты, их никто уже и не увидит». Но я этой точки зрения не придерживаюсь. И время от времени мы говорим читателям «sorry» за оплошности, в основном за простые опечатки. Они нас понимают: не ошибается тот, кто ничего не делает, так? Иногда случаются ошибки по вине типографии.

- Какой отзыв о газете больше всего Вам дорог?

- Пожалуй любой, если он искренний. Может, Вам это покажется смешным, но с особой теплотой я вспоминаю одну нашу читательницу, которая пришла в редакцию, взяла номер нашей газеты и... поцеловала его. Поверьте, это много стоит!

- Почему у Вас маловато информации о Канаде?

- Я так не считаю. Посмотрите внимательнее последний, 49-й номер: полемика о выборах в Онтарио, экономический обзор, интервью с аналитиком одной из известных здесь компаний о том, как иммигрантам не потерять свои деньги, а напротив – приумножить их, обзор хоккейных матчей НХЛ, заметка об одной из здешних служб знакомств, статья хирурга о местной медицине, информация о «канадских гастролях», статья о 100-летии духоборов Канады. Так или иначе, вся информация связана с нашей страной. Что касается новостной информации, то она, прежде всего, - с североамериканского континента, а также из России, других государств СНГ и Израиля – из тех мест, которые, естественно, больше всего интересуют нашего читателя. Причем, новости даем самые последние. Мы можем сдавать газету в типографию уже в среду утром, но специально держим номер допоздна, чтобы поставить информацию «с колес», и политический комментарий пишется «в номер», то есть в 22 часа. В этом есть, конечно, некая жесткость к себе и своим сотрудникам, но я считаю, что мы не должны снижать планку и отступать от принципа оперативности, своевременности, профессионализма и, самое главное, уважения к читателю, которого негоже кормить «залежалым» материалом ...

- За что вас критикуют? Ведь не все вас любят, наверняка, есть критические письма?

- Есть, к счастью, немного, и мы всегда с признательностью воспринимаем их. Критикуют нас за то, что привозим газету не во все крупные города Канады (хотя постоянно доставляем ее во многие районы Торонто, Монреаля и Оттавы), за то, что мало отправляем в США, Россию и Израиль. Нашим дорогим пенсионерам недостаточно, что газета бесплатная, они звонят и требуют, чтобы ее привозили на дом. Кстати, забавное такое наблюдение, правда почти двухлетней давности. Когда YSR стоила 60 центов, были люди, которые звонили и спрашивали, можно ли в редакции получить номерок бесплатно? Мы соглашались. И они приезжали, затратив на дорогу туда и обратно три доллара! Понимаете, само ощущение, что взяли бесплатно, видимо, очень приятно. Критикуют еще за то, что нет в газете «чернухи» и дешевой «развлекухи». Но мы выпускаем не желтую газету, а красно-белую, извините за «высокий штиль», как благородный канадский флаг...

- Некоторые считают, что Ваша газета несколько тенденциозна в политических взглядах.

- Это естественно. Всем не угодишь. Но мы даем место для выражения разных точек зрения всем желающим, если, конечно, соблюдается при этом культура полемики. Вот есть у нас постоянный оппонент Александр Басевич. Он спорит обо всем и со всеми, но, надо отметить, не бездоказательно.

Не нравимся мы русским националистам, шовинистам. Некий Сергей Англинов чуть ли не ежедневно по электронной почте обвиняет нас в сионизме и «антирусизме», как он выражается. Есть те, кто наоборот, считает, что мы мало внимания уделяем еврейской тематике и слишком часто обращаемся к России, которую они-де успели позабыть и разлюбить. И в том, и в другом случае, это совершенно не соответствует действительности. Мы вообще стараемся не заострять внимания на вопросах межнациональных отношений. Вот приходили к нам недавно сербы, а следом за ними – албанцы, беженцы из Косово. И те, и другие непременно хотели, чтобы мы отвели им целую страницу в газете для отражения их взглядов на события в Югославии. Мы не стали этого делать, не потому что стараемся обходить «острые углы», просто считаем, что при нынешней ситуации пользы от этой полемики будет мало, если она вообще будет...

- Как вам удалось создать такой широкий круг авторов?

- Многие из них пишут бесплатно, считая, что нашли достойную трибуну. Я особо благодарен постоянным нашим авторам, которые стояли со мной у истоков газеты – блестящему американскому иллюстратору и карикатуристу Игорю Копельницкому, прекрасному российскому журналисту Валерию Кичину, моему старинному другу из Нью-Джерси Яну Горелову и, конечно же, обозревателю Анатолию Качкину, который по праву может считаться истинным патриотом YSR. Есть люди, которые публикуются в нашей газете не так давно, но уже полюбились читателям. Я имею в виду интересные, профессиональные материалы обозревателей Михаила Писарева, Галины Тихоновски, Алекса Гуриона, Владимира Сверкунова из Минска, корреспондента «Комсомольской правды» Эвелины Азаевой, астролога Анны Фалилеевой, киноведа Стеллы Демидовой, музыкального критика Евгения Бычкова, литераторов Владимира Моргана и Татьяны Каплан, спортивного комментатора Дэвида Троссмана, поэта Владимира Кинареевского, сатирика Владимира Туровского, журналистки Тамары Минакиной. Я уже не говорю о наших штатных сотрудниках - ответственном секретаре Евгении Кучере, маркетинг-директоре, журналисте Борисе Котляре и о единственном украшении нашего мужского общества – художнике-дизайнере Елене Рац.

- Кем бы Вы стали, если бы не были журналистом?

- В детстве я мечтал стать летчиком. И даже умудрился однажды в семь лет слетать на американском «Дугласе» из Еревана в Тбилиси и обратно. Да так, что родители не заметили моего отсутствия. Это когда один офицер, узнав о моей мечте, взял меня с собой... Увлекался я музыкой, говорили, у меня есть большие способности, но учиться не довелось: у нас, в семье военного, не то что пианино, нормальных кроватей не было.Так я и пропел всю жизнь дома...

- Что Вы оставили в Советском Союзе, в Грузии, где, как я знаю, много интересных традиций и где «первый тост говорит тамада». Что Вы приобрели в Канаде?

- Я оставил друзей, свою молодость, могилы родителей. Приобрел спокойствие, свободу, чувство защищенности и уверенности в будущем сына, внучки.

- Чего, на Ваш взгляд, не хватает русской общине Торонто и к чему ей надо стремиться?

- Еще в 4-м номере YSR я опубликовал статью «Когда в дефиците доброта». Вот к ней и надо стремиться... Всем нам здесь нелегко. Одна из проблем – профессиональная невостребованность. Прискорбно, что приехавшие из России и других бывших советских республик высокообразованные люди, мастера своего дела, работают где попало и кем попало. Мы стараемся, как можем, им содействовать. В последнее время этой иммигрантской проблеме уделяют больше внимания и канадские власти...

- Это правда, что Вы подали в суд на владельца магазина «Арбат» А.Тюрина?

- Вы на самом деле информированный человек. Не хотелось бы, правда, говорить об этом во всеуслышание, тем более, в юбилейном номере, но я обещал отвечать на любые вопросы. Отвечаю: нет, пока не подали. И не сделаем этого, если получим письменные извинения за письменные оскорбления в свой адрес. Вообще, должен сказать, что поддерживать добрые отношения с коллегами – наш основной профессиональный закон. Только одна-единственная YSR в течение двух с половиной лет приветствовала на своих страницах все новые издания на русском языке. Только мы, пожалуй, даем бесплатно рекламу других изданий и программ (и это при наличии серьезных финансовых проблем!).Так вот, в телепередаче «Прекрасное далеко» я организовал цикл бесед «Встречи с прессой», куда пригласил редакторов и издателей газет, выходящих в Торонто. Именно после этой встречи я написал ту самую статью, потому что тема эта волновала всех без исключения моих собеседников. В личной беседе г-н Тюрин, тогдашний редактор «Вестей», хорошо отозвался о статье, а потом неожиданно выступил в своей газете с язвительной и оскорбительной для YSR критикой. Мы ответили ему резковато, но корректно и с тех пор приобрели постоянного недоброжелателя. Пару раз случайно нашу газету завозили в магазин «Арбат», где ее тут же... выкидывали в мусорник, а затем хозяин лично посылал мне факс: «Г-н Дерткин, не присылайте мне больше вашу грязную газету!». Можно пренебречь глупыми выходками интернетовского хулигана, но когда подобное позволяет себе человек, считающий себя профессиональным журналистом и редактором, нет уж, извините... Оставлять такое без реагирования нельзя.

- Часто ли журналистам достается? Трудно, наверное, приходится?

- Да нет, знаете, это, пожалуй, всего третий случай, и в общем хоре сотен доброжелательных читательских откликов их можно было просто проигнорировать. Знаете, многие наши иммигранты никак не привыкнут, что они в другой стране, доброй и гостеприимной. Приходят и жалуются на какие-то несправедливости, думая, что мы можем «позвонить в райком партии». Ну и очень обижаются, когда говоришь им, что мы не обладаем правом кого-то наказать, для этого есть суд. Одна женщина устроила нам настоящий скандал: «Почему меня ложут в психбольницу, а вас всех (махнула рукой в сторону сотрудников YSR) не ложут?» Я привожу ее дословно. Я тоже не понимаю почему, нас «не ложут». Как-то одна моя коллега сказала: «Или ты - сумасшедший, или необыкновенно тщеславный человек, или... подпольный миллионер». К счастью, я и мои друзья - не первое и не второе, и, к сожалению, не третье. Мы просто профессионалы своего любимого дела и не можем без него жить.Мы издаем газету, делаем дело явно не прибыльное. Еще, кстати, часто обижаются многочисленные самодеятельные поэты, которых мы редко публикуем. Говорят: «А вот всем моим родственникам стихи нравятся!». Трудно доказать такому человеку, что есть творчество, которое должно оставаться в стенах дома...

- Вы как-то сказали со страниц газеты, что первыми в драку не лезете. А не означает ли это, что газета Ваша беззубая?

- Я не боюсь никого и ничего. Жизнь закалила. Мы затрагиваем самые разные вопросы, но у нас есть один закон: дискуссия должна быть этичной. Не потому, что боимся суда, а потому, что так принято среди уважающих себя людей. Мы никогда не обходим острые углы, но и не заостряем их умышленно. Чтобы не пораниться. И помним: человек – ранимое существо, а « жизнь короткая такая...», как пел незабвенный Булат Окуджава.

- Ну вот, мы совсем о грустном заговорили. Давайте что-нибудь веселенькое вспомним. Были же в Вашей многолетней практике забавные истории?

- Случалось. Вот одна, например. Однажды, это было еще в «ТАСС-Грузинформ», мы устали до такой степени, что мне пришло в голову разыграть своего коллегу, чтобы как-то разрядить обстановку. Я сижу напротив него, мы разделены стеклянной перегородкой. Звоню ему по его телефону и срочно прошу Геннадия, самого себя то есть. Он смотрит на меня отсутствующим от усталости взглядом и отвечает: «А его уже нет, ушел, ему что-то нездоровится». «И что, его сегодня уже не будет?» - интересуюсь. «Нет, - отвечает - и не беспокойте нас больше, мы очень устали». Я кладу трубку, и мы работаем дальше. Через какое-то время он вдруг очнулся, стукнул себя по лбу, и кричит мне: «А тебе звонили, я сказал что ты ушел домой, когда ж ты успел вернуться?!». Представьте только, какая у всех наступила разрядка! А однажды, в один из «партийно-государственных праздников», мы получили по фототелеграфу панораму праздничной трибуны на Красной площади в Москве. Только фотографии дошли очень искаженными, и никакие повторы не помогали. А время близилось к утру, и газеты разрывали нас на части. Но мы не могли дать им такое фото – трибуна была вполне нормальная, но лица, лица «вождей» были искажены и получились совсем никакие! И тогда кто-то на свой страх и риск придумал вырезать головы лидеров из других, имевшихся в фототеке снимков и наклеить их на ту, где «партайгеноссе» стоят в ряд на трибуне. Так и сделали. Самое интересное, что на следующий день это фото опубликовали все местные газеты и никто не заметил подмены! А мы просто умирали со смеху: вожди смотрели в разные стороны и головы у них были – у одного очень большая, у другого маленькая, а Леонид Ильич Брежнев, так тот вообще очень грозный, совсем не праздничный, но зато с самой крупной головой...

- Это плохо могло для всех вас кончиться...

- Могло, но, слава Богу, пронесло.

- Сейчас, когда уже можно говорить, что газета состоялась, какая у Вас мечта?

- Не такая уж фантастическая. Сделать YSR вдобавок англоязычной, перекинуть мостик между нами, русскоязычными, и англофонами. С это идеей ношусь давно и, кажется, мы приближаемся к ее осуществлению.

- Удачи Вам, и с юбилейным номером!

- Спасибо Вам и всем нашим друзьям-читателям.