«ЗЕЛЕНЫЙ ДИВАН» YSR

ОТ ТБИЛИСИ ДО ТОРОНТО

Удивительные подарки иногда дарит мне судьба. Ровно десять лет назад, в апреле 89-го, мне посчастливилось познакомиться с известным уже в то время на Западе писателем, кинорежиссером и сценаристом Эфраимом Севелой, который впервые приехал в Тбилиси с показом своих новых фильмов.

Приглашение я получил от моего приятеля Амирана Эбралидзе – руководителя популярного вокально-инструментального ансамбля «Диэло» и одновременно директора Дворца культуры медработников Грузии. «Приезжай обязательно, - говорил взволнованно Амиран, - получишь огромное удовольствие. Только одна встреча со зрителями, а фильмы, фильмы... Ты ничего подобного не видел! Напишешь – будет редкий материал».

Встреча продолжалась более трех часов. Зал слушал автора, затаив дыхание. Блестящий рассказчик, Эфраим Севела сумел не только увлечь всех воображаемым путешествием по миру, но и донести до аудитории свое оригинальное видение роли художника в современном искусстве. А потом показывали его блестящие ленты. Во время демонстрации одной из них - «Колыбельной» - многие не скрывали своих слез...

Это было 8 апреля. А на следующий день плакала и страдала вся Грузия. Из-за варварства, которое учинили над мирными демонстрантами «славные ребята дивизии имени Дзержинского» (см. наш политический комментарий в номере 42-м). Эфраим Севела жил в интуристовской гостинице «Тбилиси», в ста метрах от примыкающей к Дому правительства площади, где произошла трагедия. Из окон четвертого этажа все было видно, как на ладони, но на соседних крышах уже появились снайперы-спецназовцы, и невольным свидетелям пришлось покинуть «смотровую площадку». Рано утром, когда все было кончено, иностранцев - гостей столицы немедленно вывезли из Грузии: власти боялись публичной огласки. Но скрыть «кровавое воскресенье» уже было невозможно, и весь мир содрогнулся от ужаса. Правдивое слово всех очевидцев, в том числе и Эфраима Севелы, услышали десятки тысяч людей во многих странах мира.

Так и не состоялась тогда наше интервью с замечательным мастером. И вот теперь, спустя десять лет, Эфраим Севела, израильтянин и американец, а теперь и гражданин России, прибывший на Торонтский международный фестиваль еврейских фильмов, – почетный гость нашей редакции, и мы, удобно усадив его на наш редакционный зеленый диван, внимательно слушаем мировую знаменитость. Неповторимое киноискусство мэтра любят миллионы, его замечательные книги (уже вышло собрание сочинений в семи томах) – библиографическая редкость. Как и в 89-м, он более двух часов рассказывает о своем творчестве, о месте художника в истории, и мы понимаем за что благодарны ему люди: щедрый, добрый талант Эфраима Севелы делает нашу жизнь наполненной особым смыслом.

Геннадий Дерткин

Впервые я увидела Эфраима Севелу в 91-м, когда Центральному телевидению дали короткое интервью и показали нескольких кадров из авторского фильма «Колыбельная». Даже эти скупые отрывки давали представление о незаурядной личности, сказавшей новое слово в искусстве. Потом он ездил по всей стране со своим замечательным фильмом и рассказывал, рассказывал, отвечая на бесконечные вопросы зрителей.

Перед публикой появилась легендарная личность. Это он одним из первых пытался пробить «железный занавес». Это он боролся за разрешение эмиграции из СССР… Это он был участником той самой демонстрации в Верховном Совете в 1971 году. Вот за все это его и лишили гражданства, а затем просто выгнали вместе с семьей из страны. Это было в духе того времени.

Кроме официальных встреч в кинотеатрах, его просто приглашали в гости, в своеобразные домашние клубы, где собирались его поклонники – врачи, музыканты, ученые. И он рассказывал им все новые и новые истории, щедро делясь своими воспоминаниями. Может быть когда-нибудь, после шлифовки материалов таких дружеских встреч появятся новые сборники новелл или фильмы. А тогда все слушали, как зачарованные, и расходились только под утро.

С чем он вернулся тогда в страну, которая его выгнала? С любовью и мечтой. Ведь если удастся объяснить тем, от кого это зависит, как выгодно снимать хорошее кино в России… Если построить в тех же степях Казахстана съемочные площадки, ну кто поедет снимать в Америку?! У нас же лучше будет! И экономику поправить удастся, и новые рабочие места создать… Да это же целая индустрия! И он ее знает! Он хочет все поставить на ноги… И вообще, ему хочется сделать фильм – гимн русской женщине. А может быть горькое воспоминание о тех прекрасных женщинах, на долю которых так и не досталось мужчин после войны…

Оставалось только удивляться этому неистребимому и неутомимому патриоту, который за время дальних странствий успел стать столь же неистребимым и столь же малопонятым патриотом Израиля… (Там он имел неосторожность назвать Израиль «страной вооруженных дантистов», и чего это они на него обиделись, он до сих пор не понимает).

И, конечно, ему было важнее всего, чтобы не забывали. Ведь вся его «Колыбельная», которую он без устали возил тогда по стране, – это живой памятник жертвам Катастрофы и героизма европейского еврейства. Фильм состоит из трех новелл, и все события происходят во время Второй мировой войны. Одна из новелл рассказывает о том, как польский священник спасает еврейского мальчика, уцелевшего после массового расстрела. Это настоящий триумф человеческого духа среди безумия войны. Еще одна киноистория - о юном Ромео из гетто, который во что бы то ни стало должен принести полевые цветы своей Джульетте. И все понимают, как это важно, и помогают ему, уже отчаявшемуся и обессилевшему. И он осыпает ее цветами! Так на экране любовь на миг побеждает войну. Третья новелла «Безмолвие» - об узнике, бежавшем из лагеря военнопленных. Бежавшем после того, как сосед по нарам сказал ему, что слышал, как он во сне говорит на идиш… Бегущий по следу немецкий солдат гибнет в болоте. И на это тоже очень больно смотреть. Жаль его, совсем еще мальчишку, который вынужден делать, что приказано. А его собака из преследователя постепенно превращается в верного друга и пытается спасти своего нового хозяина, как умеет. Ну не оставлять же его больного, в бреду и на болоте! К людям его, назад в лагерь!

Тогда в СССР в начале девяностых годов после этого фильма многие рыдали. Однажды в Казани после его демонстрации на сцену поднялись две простые русские женщины и, преклонив колени, поцеловали руку автору… А что будет сейчас? Когда история так настойчиво повторяется в центре Европы? Пусть уже не в таком ужасающем масштабе, но уж очень настойчиво...

На нынешнем фестивале представлена не только «Колыбельная», но и фильм, снятый позднее, - «Ноктюрн Шопена». Это тоже о событиях той самой страшной войны. Почему такое название? Это фильм о молодом музыканте, который исполняет это произведение. О его любви, которая обрывается в тот момент, когда евреев начинают уводить на расстрел.