И В ШУТКУ, И ВСЕРЬЕЗ

ИМЯ ВЕКУ МОЕМУ
ris.jpg (10194 bytes)

Нынче, по странному совпадению, одновременно заканчиваются XX век и всего лишь второе тысячелетие. Ни в прошлом, ни в позапрошлом веке ничего подобного не было. Да и по разным другим показателям ХХ настолько от других веков выделился, что и озаглавить его надо как-то по-особому. Время не исчезает бесследно, но уходит на историческую глубину, поэтому век окрестить - задача глубокая, исследовательская, может и к открытию серьезному привести.
Попытки уже были, но робкие, дилетантские: преступление века, процесс века, ограбление века, афера века... Но это же не имена, а блатные клички навязывают нашему уходящему веку. И кто! Юристы и журналисты, авангард нашей информации! А все другие штатные члены-корифеи поют с их голоса. Их послушать - уйдет век двадцатый безымянным и опозоренным.
Надо разговорить контингент, которому терять нечего, все прошлые века молчавший, вдоль и поперек двадцатым веком меченый. И таких найти - сказал и точка - ни одна живая душа возразить не посмеет! Чтобы это были горевшие и не сгоревшие, павшие и вставшие, битьем битые, слезами умытые, страдавшие, рожавшие, тащившие свою звездобратию от маленьких звездочек к большим и дальше - к папахам и красным лампасам. Короче, это офицерские вдовы.
Кому слово - ясно. Теперь нужно безошибочно составить вводную, чтобы никаких сомнений не было- речь идет о двадцатом веке. Чего такого не было во веки вечные и вдруг появилось в ХХ. И в тоже время , наоборот, что существовало веками и вдруг исчезло в нынешнем столетии? Можно и по-другому подойти, найти какой-то универсальный признак для сравнения веков и доказать, что по этому признаку двадцатый век неподражаем и неповторим.
По значимости последствий вроде бы само собой напрашивалось назвать ХХ веком мировых войн. Дважды страны выясняли отношения на поле боя и дважды союзники в первой половине века торжествовали победу над Германией. Здесь-то и чувствовалась заковыка. Мировые-то, мировые, но воевали-то всем миром против Германии?! Мне кажется, дипломаты, подчеркивая эту всемирную военную вовлеченность, в какой-то мере оправдывались перед мировой историей за всеобщую растерянность перед двукратным германским безумством. Первую войну, начавшуюся в 1914-м, следовало бы назвать «Великой европейской», а вторую, разразившуюся через 25 лет (потому что первую недовоевали), на мировой уровень вывел Холокост. Не было бы этого массового истребления одного европейского народа другими европейскими народами, Вторая мировая война на рубеже веков казалась бы куда менее судьбоносной. Уж если и не удержится человечество от третьей мировой разборки (пронеси Господи!), то не из-за старых европейских проблем, а в результате ранее неслыханной, созданной Второй мировой войной и не осмысленной до сих пор проблемы, когда исчезло существовавшее испокон веков европейское еврейство и появилось доселе небывалое - новая Европа без евреев. Поэтому ХХ имеет все основания называться веком Холокоста.
С этим названием есть свои сложности; его не приемлет окрепшее к концу века высокообразованное поколение «отрицателей Холокоста». В связи с этим мой друг, всесторонне изучающий эту проблему, в том числе и научные публикации ее отрицателей, высказал интересную мысль: мол, они, как ни странно, сами по себе Холокост как раз и не отрицают! Они отрицают еще более очевидное - то, что истребление миллионов евреев - дело рук миллионов европейцев. Почему-то человеческий мозг значительно легче воспримет число убитых, чем число убийц.

Есть у меня старинный друг, бывший помкомвзвода, историк по призванию, он уже много лет провел в бесплодных поисках имени нашему веку. И все так бы и продолжалось, если бы не Софа Р., очаровательная, юная (душой) дама, прожившая содержательно три четверти двадцатого века. Однажды она прервала глубокомысленные рассуждения помкомвзвода и авторитетно заявила:

- Двадцатый век надо назвать именем Мэрилин Монро.

От Софы просто так не отмахнуться, ее, как птицу перелетную, ведет врожденный инстинкт верного направления.

- Не тот уровень мышления, - уверенно парировал помкомвзвода, - бесспорно, фигура Мэрилин Монро останется в истории кинематографии. Но у меня мировой обхват, поиск глобальных закономерностей!

- Я не о том, где останется фигура, - Софа пальчиком коснулась могучего плеча помкомвзвода, - я о том, что Мэрилин Монро безвинно убили в расцвете лет, и до сих пор все шито-крыто. Вот это мировой уровень!

- Частный и нехарактерный случай. Богема ведь... - уверенности у нашего общего друга поубавилось.

- Сам ты нехарактерный! Знаешь, кем была несравненная Мэрилии Монро, «ММ», как ее называли? Американской мечтой! Символом Америки! А в нее, я читала, затолкали поллитра снотворного наркотика и скрутили минимум в четыре руки, пока не уснула вечным сном. Вот и помечтай теперь!

- Ну и что? - строго спросил помкомвзвода, пытаясь вернуть инициативу.

- А то, что ММ видела, как ее убивают. Я уверена, любовник держал ее за ноги и плакал. Дело в том, что наверняка живы люди, знающие, кто убил ММ и как. А может, и убийцы живы. Они затем ее и убивали, чтобы потом жить.

- Да-а, вполне может быть, ну и что ты хочешь этим сказать?

- А то, что нет в мире силы, чтоб заставить убийц сознаться!

- Хорошо, Софа, ты не волнуйся, скажи только, какое отношение смерть Монро имеет к моим историческим исследованиям?

- У тебя в голову касательное было или проникающее осколочное?

- Меня в голову вообще Бог миловал!

- Врешь, окопник, все века сравниваешь! А чего их равнять, в том - сто лет и в этом - уже девяносто девять! Ты подсчитай, сколько в прошлом веке было невинно убиенных и сколько в этом! И сравни!

Я знала, если они поссорятся, нам все троим станет скучно и неуютно. Такое случалось. Пришлось срочно наносить отвлекающий удар.

- Будем пить чай! - объявила я, - Софа, где твоя большая кружка?

- Невозможно! - продолжала кипятиться Софа. - Как же так жить, невинных убивают, таких, как я, убивают, понял, пехота?! А тебе и дела нет, подсчитать лень. Разбей весь мир на квадратики и не спеша разведай все по-пластунски... А потом сложим, я тебе помогу. У меня по Таганрогу все подсчитано - 1926 года рождения все убиты. Я и Мэрилин Монро тоже двадцать шестого. Может, я одна и осталась… двадцать шестого!

- Из невинных? - тяжело вздохнув, спросил помкомвзвода.

- Да, а что?

- Очень сложная выборка, трудно, мало статистически достоверного материала.

- Ага, попался, беспризорник, трудно, но можно!

- Вы, ребята, прежде всего, ты, помкомвзвода, должны грамотно сформулировать задачу. - Я отставила чай и предложила им по сто граммов «Московской», что явно больше подходило к ситуации.

- Чего тут формулировать, - выкрикнула Софа - когда все яснее ясного?! Чем же еще можно охарактеризовать людей в мировом масштабе? Только тем, сколько они убивают невинных!

- С плохой стороны охарактеризовать, - пробурчал помкомвзвода.

- Да, с плохой стороны, - охотно согласилась Софа.

- А с хорошей? - зеленые глаза помкомвзвода сверкнули синим.

- Так тем же самым, полкомода! - Софа с искренней жалостью взглянула на нашего друга. - Сколько они убивают невинных?!

В неожиданной тишине вдруг затикали древние часы «Победа» на беспалой руке помкомвзвода.

-Я подсчитаю, - твердо сказал он. - Может быть, сейчас как раз и пришло время подсчитать безвинно убитых с помощью современной электроники. Я давно собирался это сделать.

(Продолжение следует)

Муся Вольфеншкап,
вдова полководца (Монреаль, Канада)

Рисунок И.Копельницкого (США)


На главную страницу