|
Тимур Боярский
Вероятно, многие подумают, что речь пойдет о Серго Орджоникидзе, который
управлял
В Советском Союзе никогда не любили американцев. Хотя по большому счету США как государство никогда ничего плохого Советскому Союзу не сделало, зато в критической обстановке выручало множество раз .Можно говорить о помощи голодающим, можно о ленд-лиз, можно об открытии второго фронта, можно о бесконечных американских кредитах, но при этом нельзя не рассказать об Альберте Кане.
Есть люди, которые очень плохо относятся к тем, кто о них больше всех заботится. Оказалось, что такие государства тоже есть.
Одним из первых Америку обругал Алексей Максимович Горький. Считалось, что он видит дальше всех, но в Америке он ничего не увидел, кроме «желтого дьявола». Прямолинейный, как гвоздь, Владимир Маяковский считал целесообразным Америку закрыть, почистить, а потом открыть вторично.
Если следовать этой логике, то было бы еще более целесообразно задолго до 1991 года закрыть Советский Союз, тоже почистить и больше не открывать. Сравнительно недавно Виталий Коротич написал книгу «Лицо ненависти», где он учил нас ненавидеть Америку и американцев. Я очень уважаю Виталия Алексеевича, если хотите знать мое мнение, я бы поставил ему памятник возле входа в здание, где находится редакция журнала «Огонек», который он редактировал в горбачевское время. И я могу понять причины появления на свет книги «Лицо ненависти», но он мог, по крайней мере, не так стараться, и написать ее менее талантливо.
Впрочем, мы условились поговорить не о Коротиче, а об Альберте Кане. Знаем мы о нем очень мало, значительно меньше, чем о его советских коллегах и партнерах. Мы не знаем, был он высок или низкоросл, толст или худощав, обзавелся ли усами и дожил ли до лысины. Мы не знаем, сколько раз он был женат, и как звали его главную любовницу. Но самое существенное о нем мы все-таки знаем.
Он родился в 1869 году и умер в 1942-м. По профессии архитектор. Заводские корпуса автомобильных заводов Форда проектировал он. Именно в это время он разработал технологию, которая позволяла за несколько месяцев спроектировать огромный завод и так же быстро его построить. Офис его фирмы находился в Детройте. В это время между СССР и США дипломатических отношений не было. Но была фирма «Амторг», которая прикидывалась частной, а в действительности представляла собой дипломатическое и торговое представительство СССР. Но СССР не был бы похож на самого себя, если бы не разместил в таком удобном месте разведывательную резидентуру Генштаба и КГБ (не надо придираться, что тогда это называлось не так).
Кто не верит, что разведчики Генштаба и КГБ до последнего времени помогали своей стране решать экономические и финансовые проблемы, пусть прочтет книгу Виктора Суворова «Аквариум». Они и нашли Альберта Кана в его Детройте. Сразу же был оформлен заказ на проектирование и строительство будущего Сталинградского тракторного завода, на что предполагалось израсходовать 40 млн. долларов.
Это было начало. За четыре неполных года фирма Альберта Кана спроектировала для Советского Союза 571 промышленный объект. Это были не мастерские по ремонту примусов. В основном, это были заводы-гиганты. Среди них: тракторные (а, следовательно, и танковые) заводы в Сталинграде, Челябинске, Харькове и Томске, автозаводы в елябинске, Москве, Сталинграде, Нижнем Новгороде и Самаре, прокатный стан в Москве, теплоэлектростанция в Якутске - перечень почти бесконечен. Другими словами, Альберт Кан спроектировал и оснастил оборудованием почти всю военную промышленность СССР.
После того, как конструкции для Сталинградского тракторного были изготовлены в США, привезены в СССР и за шесть месяцев смонтированы, Кану был предложен пакет заказов на проектирование и строительство промышленных предприятий с примерной стоимостью 2 млрд. долларов. Если скорректировать эту сумму на современные цены, то это бы означало 220 млрд. сегодняшних долларов. Это планетарный масштаб.
К этому времени в Москве открылся филиал американской фирмы Кана, во главе которого оказался его брат Мориц. Филиал получил название «Госпроектстрой». В нем работало 25 американских специалистов и 2500 советских. То есть каждый американец обучил 100 русских.
Конечно, в Советском Союзе не всегда стройка осуществлялась так быстро, как было запроектировано, потому что в отличие от Америки в Советском Союзе «…кирпич - бар, раствор - ёк». Но были причины, никак не связанные со стройматериалами. Вот цитата из письма Вячеслава Менжинского Иосифу Сталину от 14.02.1931 года. (Кто не помнит, Менжинский сменил Феликса Дзержинского на посту председателя ВЧК, которая стало называться ОГПУ, но оно занималось тем же, чем и раньше – поиском врагов): «Строительство Челябтракторстроя находится сейчас в следующем состоянии. Ведется широкое жилищное строительство, совершенно не увязанное со сроками вступления завода в эксплуатацию, в то время, как для строительства промышленных цехов производятся только подготовительные работы, и в течение года ни один цех готов не будет». Для начала тов. Менжинский арестовал в управлении строительства 40 человек, пообещав и дальше чистить коллектив строителей от негодного элемента.
Альберт Кан думал, что советский рабочий, так же, как его американский коллега нуждается в жилье, поликлинике, магазине, его детям нужен детский сад и школа. Но Сталин вместе с Менжинским быстро рассеяли эти заблуждения.
Существует книга уральской писательницы Н.П.Шмаковой «Челябинск в 30-е годы». Там в основном о трудовом героизме: С большими трудностями встречались строители ЧТЗ – отсутствие техники, жилья и медпомощи». Если вы дочитали до этого места, то вам понятно, что это были тщательно спланированные трудности и хорошо организованные проблемы. Тем не менее, Шмакова зафиксировала многие приметы этого замечательного, устремленного вперед времени: «Строитель ЧМЗ (она фамилию не указывает, и это вызывает определенное недоверие) написал в профком заявление: «Довожу до вашего сведения, что за преподнесенную мне премию (поездка на курорт) я благодарю вас, как за высокую оценку моей работы. Но, учитывая важное значение в союзном масштабе пуска ЧТЗ, я от нее отказываюсь, а все деньги на курорт жертвую в фонд современной авиации». (Может быть, я и не прав, но у меня такое впечатление, что если какой-нибудь рабочий это писал, то редактировали текст более квалифицированные товарищи). Рассказывает она и про «бетонные вечера» – это, когда после рабочей смены молодежь шла не на танцы, а на стройплощадку, чтобы заливать бетоном фундаменты будущих сооружений.
Цитирует писательница начальника управления НКВД по Челябинской области А.А.Минаева, который повествует, как широко на строительстве ЧМЗ применялся принудительный труд так называемых спецпереселенцев. Оказывается, для этого поблизости от стройки находились целых три спецпоселения, из них два в поселке Шершни. Много интересного рассказала писательница Шмакова.
Может возникнуть вопрос, где кремлевское правительство находило деньги, чтобы финансировать такое небывалое строительство. Оно их находило в деревне. Завершалась коллективизация, и хлеб у крестьян никто покупать не собирался. Его забирали бесплатно. Это называлось выполнением плана хлебозаготовок. Отобранный хлеб продавали за рубеж. В августе 1930 года Анастас Микоян, который ухитрился проработать министром во всех советских правительствах почти все годы советской власти, докладывал Сталину: «Ежедневно вывозим (за рубеж) 1,5 млн. пудов». Это 25 тыс. тонн. Сталин остался недоволен: «…увеличить до 4 млн., иначе рискуем остаться без металлургических и машиностроительных заводов». Для тех, кто не помнит, сообщаю, именно в эти годы в стране разразился небывалый и неслыханный голод.
Фирма Альберта Кана была посредником между советским правительством и сотнями западных фирм, то есть была главным поставщиком военно-технической технологии. Но наступил 1932 год, и контракт с фирмой Кана продлен не был. Это называется «Мавр сделал свое дело, мавр может уйти».
Сталин решил переместить главный строительный центр социализма из США в Европу. Когда к власти пришел Гитлер, этот центр сосредоточился в основном в Германии. Но промышленные объекты, спроектированные Каном, продолжали строиться и во второй, и в третьей пятилетках.
Можно с уверенностью сказать, что если бы не вклад Альберта Кана в дело строительства социализма, основу советской военной промышленности вряд ли бы удалось создать, и в 1939 году Вячеслав Молотов не смог бы расписаться рядом с Иоахимом фон Риббентропом на договоре о перекройки Европы. Поэтому выглядит большой несправедливостью, что в сегодняшней России чтут память таких строителей социализма, как Сергей Киров, Валериан Куйбышев, Серго Орджоникидзе, и ни в одном городе нет даже захудалого переулка, который был бы назван именем замечательного американского архитектора и организатора производства Альберта Кана.
|
