|
Вообще-то, Геннадий Норд, популярный поэт, автор и исполнитель песен в жанре «Русский шансон», - человек серьезный: он председатель правления Союза писателей Северной Америки, член Союза писателей Москвы, член Международного ПЕН-клуба, и Международным обществом пушкинистов ему присвоено звание «Поэт 2002 года русского зарубежья» (см. очерк Эстеры Кузнецовой в № 212 «На всю жизнь напьюсь Россией...»), автор книг «Лягухи», «Наедине со всеми», «Траектория памяти», «Звоны», песенных альбомов «Ведьмина вода», «Малява», «Пять минут на удачу», «Последний маршрут», «Жасминовый дождь», «Привет, мадам», «Бутырочка». Но оказалось, что мой тезка вдобавок любит пошутить, и когда я попытался сострить по поводу его «северного» псевдонима, был тут же наречен тоже географическим, «южным» - Геннадий Зюйд, очевидно, с намеком на мой грузинский менталитет c еврейским акцентом. В канун Нового года Геннадий Норд прислал нам свои юмористические зарисовки в стихах, которые мы с удовольствием и публикуем. Г.Дерткин
ЛЯГУХИ Над
морем чаек несся крик, *** Да,
я лысый, лысый, как на грех. *** Вас
вижу – в горле спазм. *** Солнце
меня уже больше не греет. *** Не
выверен и плох *** Красивая
женщина, как говорят, *** Детей,
как надежду, растим и лелеем, *** Дамы
худые скупы на гроши, *** Многие
знают эту примету *** Мир
женщины. Он так раним и свят. *** Хочу
я, как раньше, услышать слова *** Орал
Кащей в палате жутко *** Я
в этом
**************************************************************************************
ПО
МОРЯМ, ПО ВОЛНАМ От автора Роман " По морям, по волнам" посвящен длительному (двадцать лет) отрезку жизни Сергея Иванова, простого советского человека, даже в Штаты попавшего "по пьянке". Приведены отрывки, которые касаются второстепенных героев романа и выбраны в силу их независимости от остального содержания. Действие первого фрагмента происходит на корабле, где Сергей Иванов в качестве руководителя дискотеки сталкивается с помощником капитана по политической части Королевым (№214), действие второго - на Крайнем Севере, куда судьба забросила героя позже. ЮНОШЕ, ОБДУМЫВАЮЩЕМУ БЫТИЕ Мудрая природа начала заботиться о разнообразии жизни и всего, что с ней связано, очень давно. В подлунном мире методом проб и ошибок постепенно были выведены твари плавающие, ползающие, бегающие и даже летающие. Уже в те болотные времена мать природа похлопотала о богатстве испытываемых клиентами ощущений. Блаженство обжиравшихся сочным папоротником диплодоков и стегоцефалей невидимые силы регуляции компенсировали ужасом от периодических набегов боевых отрядов тиранозавров. С одной стороны, это помогло сохранить для потомков хоть какое-то подобие растительности. С другой, эти доисторические коровы никогда больше не думали, что держат бога за бороду. Чтобы выжить, они начали, наконец, тренировать свое воображение и пытаться понять - кто же все-таки в доме хозяин? Дремотная пресность существования живых материй всегда взбадривалась массой развлечений - наводнений, землетрясений, пожаров, эпизоотий, а позднее и эпидемий. В самые последние, скудные на катаклизмы времена, невидимые регулирующие силы выдвинулись из недр самого социума. Уже на ранних этапах развития общества оказалось, что на каждого сенатора приходится почти сотня варваров. Позднее, ввиду исчезновения варваров, добряков сенаторов начали уравновешивать склочниками журналистами. На купавшуюся в роскоши элиту человечества нашлись конкуренция, гангстеры и генетические потомки тиранозавров - налоговые инспектора. В диких землях грязь провинций месили продотряды. В возникающей массе случайных событий и фактов четко просматриваются система и идея. Если учителей астрономии не будут время от времени штрафовать на транспорте, существует реальная угроза, что они сильно расплодятся. Настолько, что не останется места космонавтам, призванным реализовать идею, которой учителя астрономии посвятили всю свою жизнь. Именно с этих позиций и была организована жизнь в поселке Контрамандья. Только у северного холостяка появлялись деньги, как тут же объявлялись дружки, которые не прочь выпить. Скопила семейка деньжат, и забрезжила перспектива безбедной дальнейшей жизни - жди сюрпризов по линии здоровья. Человек укрылся за расстоянием от житейских невзгод, задышал свободно и зажил, как считает нужным - пора появиться на сцене начальству. Тов. Жиробрюхов*, ваш выход! Назначенное сегодня в клубе мероприятие касалось старожила поселка, правдивого бульдозериста. Кирюхин был одним из местных суперменов, не дававших молве о себе затихнуть ни на миг. Регулярно совершаемые им подвиги напоминали о величии человеческого духа и разума, нераскрытых резервах и тайнах людского организма. Людям слабым они помогали поверить в свои силы, молодежи подавали достойный пример для самосовершенствования. Зная истинную цену себе и своим деяниям, сам Кирюхин в глубине души был задет недостаточными масштабами признания. О входивших в моду йоге, каратэ и прочих восточных причудах, он говорил презрительно. И имел на то полное право. Например, совсем недавно и, вроде как между прочим, им было выполнено уникальное в экстремальных условиях Севера упражнение. Классифицировалось оно как «здоровый сон вниз головой в форме одежды «голый торс» в течение половины смены на гусенице изготовленного к работе бульдозера (с включенным двигателем)». Не раз Кирюхин сетовал на досадный железный занавес и отсутствие в стране комиссаров международных организаций, регистрирующих рекорды. Иначе простые советские люди вписали бы не одну славную страницу в их знаменитую Книгу рекордов. Как ее там? Не то Геббельса, не то Гиммлера... О совершенной им когда-то «двойной бульдозерной бочке вслепую» Кирюхин с присущей ему непритязательностью тоже почти никогда не вспоминал. В авиации фигуру пилотажа называют именем первопроходца. Но не таков был скромный контрамандьинский герой. «Это не я, это полностью заслуги конструкторов машины», - правдиво признавал он. Имелся в виду случай, когда оказавшийся «на автопилоте» бульдозер поперся на крутой косогор, дважды перевернулся и вновь оказался на гусеницах. Сам Кирюхин остался невредим, так как вовремя проснулся и при первом же кульбите катапультировался вместе с недоконченной бутылкой. Как всякого народного героя, власть имущее меньшинство его не любило и искало за ним грешки. Самой ярко выраженной чертой его характера была правдивость, поэтому страдал он чаще всего именно из-за нее. Наибольшим оскорблением для Кирюхина было неверие окружающих и, уж тем более, обвинение во лжи. Как раз
совсем недавно основополагающее
кирюхинское начало вновь было поставлено
под сомнение. Уж слишком неправдоподобным
показалось общественности сделанное им
сообщение о встреченном в горах человеке, у
которого вместо головы была «жопа в очках».
Над бедолагой Кирюхиным начали
посмеиваться, и не только за глаза.
Неожиданно его репутацию спасла жена Сопоставив оба факта, общество пришло к выводу, что Кирюхин и тут не соврал. Однако, анализировал ситуацию не только простой народ. Поняв, откуда растут ноги у новых анекдотов относительно его личности, т. Головожопов решил учинить расправу. На доске объявлений конторы появилась являющая собой образец лаконичности афиша: «11.09.83г. 1400. В клубе состоится товарищеский суд над Кирюхиным Е.Б.». Развлечений в Контрамандье было явно недостаточно. Поэтому в клубе, который служил кинотеатром, Красным уголком, конференц-залом, агитпунктом, избирательным участком, загсом и еще чем угодно, в этот воскресный день было не протолкнуться. Собрались представители всех направлений провождения свободного времени. Самые первые ряды успели занять почитатели итальянской игры до-ми-но. В ожидании бойни любители пошевелить руками и посидеть мозгами разбились на кучки и предались любимому занятию. В середина зала сидели выходные и неработающие представительницы прекрасного пола. Бабы не держали зла на безобидного Кирюхина. Он пил в одиночку и никогда не спаивал их мужей. Поэтому они заранее жалели «болезного касатика». Тем более, многие знали его со стороны, с которой от алкоголиков обычно уже ничего не ожидают. Свободные от смены холостяки обосновались на галерке. Остальная публика, повально охватываемая бабьим клеймом «алкаши», сгруппировалась у входа. Эта часть контрамандьинского общества была самой неорганизованной. Небритая и нечесаная братия постоянно отлучалась на крылечко покурить и хватануть огненной воды. Те, кто уже поднабрались, шатались по залу, приставали со всякими глупостями к присутствовавшим и мололи несусветную чушь. В общем, атмосфера была нервозно-приподнятой, как всегда бывало перед боями гладиаторов, публичными казнями и партийно-профсоюзными разборами персональных дел. Серега, в душе которого еще не зарубцевались раны от судилища над ним самим, как мог отлынивал от участия в мероприятии, но Пашка настоял. - Обязательно пойдём. Увидишь, это будет совсем не то, что ты думаешь. Кирюхин - еще тот парень, он им покажет! Серега с Пашей умостились в уголке. В клубном репродукторе шесть раз пробили куранты, и проиграл будивший большую часть Материка гимн. Члены товарищеского суда заняли свои места за длинным столом на сцене. Судьи были из числа начальства и наиболее покладистых рабочих. Председательствовал старший брат всех поселян герр Горохосий**. - Ну что, явился этот, Кирюхин? - вопросил он. - А как же? - под всеобщий вздох облегчения донеслось с порога. Появление подсудимого, трезвого, бритого и в пиджаке, хотя и одетом прямо на майку, оказалось невероятно эффектным. В кульминациях остросюжетных фильмов так появляются главным образом положительные герои - Зорро, Лимонадный Джо, майор Пронин, да иногда засранец Фантомас. Место правдоискателю было уготовано также на сцене. Кирюхин остался очень доволен этим фактом. Занимал его гордо и степенно, с эффектными паузами и жестами. Из его поведения сквозило, что он совсем не против поучаствовать в разворачивающемся судилище, но отнюдь не считает себя его потенциальной жертвой. - Ну что, начнем? - не терпелось председателю. - Вот у меня в руках рапорт, подписанный начальником участка, горным мастером и членами коллектива. Давайте пойдем по сути. Тов.Кирюхин неоднократно предупреждался за явку на работу в нетрезвом состоянии. В связи с этим были случаи невыполнения плана по металлу и вскрыше торфов. Неоднократное нарушение трудовой и технологической дисциплины, правил техники безопасности приводили к авариям и поломкам техники. Безобразное поведение товарища Кирюхина в быту стало притчей во языцех. В общем, все мы прекрасно знаем Кирюхина. И, так как мы не желаем ему зла, долг всего нашего трудового коллектива - не дать упасть совсем нашему оступившемуся товарищу. Вот в этом, я думаю, главная задача сегодняшнего собрания. Не хочется называть это судом, но такая, знаете ли, существует проформа. Решение собрания товарищ Кирюхин может и проигнорирует, а вот решение суда - это уже определенная юридическая сила. - Ни хрена ваш суд никакой юридической силы не имеет. Почитайте процессуальный кодекс, свод законов - нигде не найдете, - неожиданно проявил эрудицию подсудимый. - Они ещё не догадываются, с кем связались! - довольно толкнул Серегу в бок Пашка. - А зачем же ты пришел? - наседал председательствующий. - С народом пообщаться. Показать ему вашу истинную зловредную личину! Да чтобы вы меня втихаря в психушку не отправили. Или не выперли с работы да из поселка. Куда я на зиму глядя? А к лету я и сам в старатели подамся - с руками оторвут. - Слушай, Кирюхин... - У меня имя-отчество есть, между прочим. - Ну да, Е.Б. - это как? - Сам ты Е.Б., а я Б.Е. - Бенедикт Ерофеич, понял? - Так все ж время был Евгений Борисыч! - сверяясь с лежавшим на столе личным делом, изумился «един в трех лицах» начальник всех тихих отделов - кадров, первого и второго. - А теперича, по прозрению - Бенедикт Ерофеич, и не иначе! А в паспорте, там ошибочно записано при рождении, я исправлю. Наше законодательство это позволяет. - Типичный алкогольный бред! - не удержавшись, вставил т. Мудозвонов. - Ну ладно, пусть будет хоть Ермак Тимофеевич. Почему пьешь-то? - Потребность души. Сам-то чё пьешь? - «Чё» можно по разному понимать. Если твоё «чё» - это «почему», - отвечу. В силу сложившихся традиций нашего общества выпить сто грамм с друзьями за праздничным столом совсем не грех. Но уж не так как ты - до усёру. Если твоё «чё» это «что», тоже отвечу. Водку, купленную в магазине, можно «Плисочку» или ещё что приличное. - А шнапсу давно не пробовал? - под восторг зала вопросил Бенедикт Ерофеич. - Ну, со мной уже разобрались. Поэтому не ты меня, а я тебя здесь спрашиваю – почему и что пьёшь? - А всё. Воду, лимонад, пиво, вино, водочку и остальное. - Ты ж до одеколона скатился! Лосьон вчера в магазине при людях покупал! - Так ведь «Огуречный»! - неожиданно возбудился Кирюхин. - Выпивка и закуска в удобном для употребления жидком виде. И отрыжка приятная - огурчиком. Бабам шибко нравится. - Ты,
наверное, о бабах и забыл уже! - недовольный
сюсюканиями заместителя, - А это ты у них спроси, - под восторженный бабий визг Кирюхин сделал широкий картинный жест в сторону зала. - Говорят, ты уже и антикомарин пьешь! - Говорят, что вы Надю Кувыркину е... . - Это кто говорит? - грозно вопросил т. Баболюбов. - А все говорят! - Кирюхин снова обвёл рукой ликующий зал. Свет померк в глазах царя и бога. Тупо разглядывая постановляющую часть заготовленного заранее протокола судебного заседания «Направить на принудительное лечение от алкоголизма», т. Мозгодрёмов искренне пожалел, что затеял это судилище. Надо было приказом за что-нибудь уволить и выселить из поселка. Ночью. С первыми же настоящими морозами и без теплых вещей. Пришлось привести последний аргумент. - Дурак ты! Одно слово - Кирюхин. - А ты мою фамилию не тронь! Она что ни на есть сознательная фамилия. Мои родители, может, пламенные революционеры были. Они от своей старой аристократической отреклись и сами изобрели себе новую. Коммунистический Интернационал, Революция, Южный фронт, Химзащита, Исторический и диалектический материализм, Наркомпрос - вот составляющие моей фамилии! И если у кого фамилия прославляет хвост белогвардейской кобылы, это не значит, что у меня она хуже. А имя-отчество - это я уже сам исправлю. В соответствии с потребностями души. На лечение Кирюхина все же постановили отправить. Как ни болел зал за героя, раз намечено «сожрать», тут уж ничего не поделаешь. Поняв, куда дует ветер, организаторы процесса зал голосованием не затронули, а решение провели только через членов суда. В итоге обвиняемому было предложено явиться в районный наркодиспансер в течение недели. В случае неявки могли быть приняты меры принуждения. - Плебеи, - махнул Кирюхин в сторону расходящегося по случаю конца зрелища народа. - Теперь им меня будет жалко, но не более. Мне бы голову отрубили, они бы поплакали и разошлись. После этого осужденный потребовал копию приговора, с которой направился в клубный сортир, демонстративно разминая на ходу. На вечер «человек дня» был позван в косыгинскую голубятню. Явился он далеко не трезвым, но более или менее вменяемым, что в его беспробудной жизни было большим прогрессом. Давно не угощаемый никем, гость быстро разомлел и от жары скинул пиджак. На плече его Серега с удивлением увидел татуировку стремительно красивого по своим временам Ил-28. Такая же была у его отца. Серега поймал себя так же на мысли, что ни разу не встречался с Кирюхиным в бане. «Что он, два года не мылся?» - недоумевал Серега. - Я ж как летчик начинал. - просто пояснил Кирюхин, заметив, что его разглядывают. - В Корее был инструктором. Летать на задания нам не разрешали, но чего по пьянке не бывает! Знаменитая была пара корейских лётчиков - Кир-Ю-Хин с Ли-Си-Цином. Над чужой территорией как раз и сбили. Вышел, правда, не засветившись. Неделю просидел между Героем и трибуналом. В итоге ни того, ни того, но пару орденов все-таки прицепили. Действительно, Кирюхин был летчиком от бога. Всё, что касалось летной работы - в небе, в классах и на тренажёрах, - он делал блестяще. Но после службы вел себя вызывающе. Прежде всего, возмутительно отлынивал от общественной жизни гарнизона. Не играл в городки днем, не ходил в бильярдную вечером, не играл в преферанс по ночам, игнорировал общие застолья. Офицерскому обществу Кирюхин явно предпочитал дамское. Пару раз погорев на начальских пассиях и чужих женах, молодой капитан попал в немилость гарнизонного микрокосмоса. Карьера быстро пошла в обратном направлении. Очень скоро Кирюхин потерял одну звездочку. Обиды и горечи усугублялись тем, что сослуживцы в его элитном подмосковном полку быстро шли в гору, звезды так и сыпали им на погоны. Суперпилотом бестолково командовали какие-то сосунки. Все чаще и чаще Кирюхин стал искать отдушину на дне рюмки. Новому занятию он отдался со свойственной его натуре целеустремленностью. Результаты не заставили себя ждать. Озадаченная постоянными отказами различных систем кирюхинского самолета комиссия обнаружила полное отсутствие спирта в оных. Старший техник самолета лейтенант Старовойт ничего пояснить не мог, а только сопел, стараясь дышать через нос. Нос у Старовойта был припухший, красный и с синими прожилками. Как у всех, кто употребляет исключительно неразведенный спирт. Такой же становился у Кирюхина, и давно был у всех членов комиссии во главе с председателем. Но проверяли самолет Кирюхина и попались в тот день они. От рискованного и бесперспективного старшего лейтенанта решили избавиться. В списках на демобилизацию в рамках «хрущевского» сокращения 1960 года революционная фамилия Кирюхина была первой. Далее все следовали в алфавитном порядке. Поработав пару лет воздушным извозчиком в ГВФ, Кирюхин бросил и это пресное занятие. Постепенно он сосредоточился исключительно на новом призвании - полетах на зеленом змие. В данный момент перед Серегой сидел уже конченый алкоголик, все еще выдававший себя за романтика и философа. И хотя это были горе-романтизм и направленная на самоуничтожение философия, за ними чувствовались обломки недюжинной когда-то человеческой натуры. Найдя судьбу гостя весьма поучительной и сочтя сегодняшнее знакомство очередным сигналом провидения, Серега тут же снизил потребляемые дозы. Гость это сразу заметил. - Ты чё отлыниваешь? - Да так, на работу завтра. И хотя по Закону Севера каждый пьет столько, сколько хочет, и никто не вправе его за это упрекнуть, Кирюхин не воздержался от поучений: Когда не полон твой стакан, А мог бы быть полнее, Знай - ты законченный алкан И скоро заболеешь! Когда твой кубок полон, друг, Вокруг бурлит веселье, Знай - ты во власти божьих рук И не страшно похмелье!
Прославляющая систематическое употребление алкоголя и презирающая абстинентный синдром поэма оказалась довольно длинной. Заканчивал ее декламатор заплетающимся языком и икая. Получалась прекрасная рифма: И я посоветую от всей души... Ик! Юноше обдумывающему бытие…Ик! Сынок, поскорее бокал осуши... Ик! Очень полезно сие питие! Ик! - Великолепно, Боб! Чьи стихи? - Мои. Ик! Хлопнув ещё соточку, мастер пилотажа гусеничной техники прямо за столом начал отходить ко сну. - А когда у Вас день рождения, любезнейший? - осторожно спросил обдумывавший бытие сынок. - Первого октября. А чё? - Да так, ничего, - ответил Серега, а сам подумал: «Ты смотри - день в день! Оттого и такой потрясающий результат. Здорово, должно быть, праздновали пламенные революционеры Новый год!***». После этого беседа, которую вели Сергей с Павлом, Бенедиктом не поддерживалась. Он уже начал потихоньку сползать с низкого ящика, на котором сидел. Через четверть часа характерный стук затылком о стенку в районе острова Тасмания**** возвестил благополучное окончание приема. Высокий и тяжелый гость был вынесен в остатки сушилки и уложен на любимое место - между батареей и смердящими ботфортами Лехи Бендеры. Из-под гиганта пьяной мысли и самодельного поэта начала вытекать струйка. Бал явно удался. - Завязывать! Завязывать надо! - уже не ныло, а кричало все Серегино существо... -------------------------------------------------------------------------------------------------------------- *Из предыдущего текста явствует, что фамилия начальника прииска была Белохвостиков, но весь прииск только тем и развлекался, что придумывал ему новые и новые прозвища. **Тов. Горохосий был осевшим на Севере ветераном дивизии СС "Галичина". ***Один из героев романа открыл, что большинство советских граждан зачато в праздничные дни, то есть "по-пьянке". ****Там у Паши висела карта мира. *************************************************************************************************
|
