|
Новогодние встречи ОБЕЗЬЯНЬЯ ЛЮБОВЬ Надпись меня рассмешила: «Просьба не кормить диких животных». За кормой была река Замбези. «Диснейленд» отдыхает, потому что бегемоты, которые разевали пасть из мутной воды, были совершенно настоящими. О том, что творилось на небольших островках суши, о которые то и дело спотыкалась река, можно было только догадываться. Но табличка по поводу кормежки диких животных на одном из таких островков все же выглядела несерьезно. Ну, придет вам в голову подойти к дикому слону и начать его кормить?! Не успела я об этом подумать, как милейшее рыже-белое существо спрыгнуло с ближайшего дерева прямо к моим ногам. Обезьянка выглядела совершенно безобидно. Она задрала голову и внимательно на меня посмотрела. Я присела на корточки и вопросительно мотнула головой: мол, чего тебе? Жест был интернациональным. Во всяком случае, судя по ее следующему движению, она меня прекрасно поняла. Обезьянка протянула руку к моей плетеной сумке и похлопала по ней. В сумке было несколько маленьких зеленых лимончиков, которые, кажется, называются лаймами. Очень кстати в Африке – с их помощью всегда можно протереть стакан или приборы для еды, если их чистота внушает вам сомнения. Итак, сидя прямо под табличкой, не рекомендующей мне кормить диких животных, я спокойно запустила руку в сумку и достала лимон. Дальше помню плохо. Меня накрыло какое-то кричащее и шевелящееся облако. Помню еще крик: «Держитесь, мисс!» В этот, как мне потом объяснили, опасный для жизни момент я думала о какой-то ерунде, как обычно. Например, о том, почему обезьянка припрыгала именно ко мне, а не к кому-то другому из десятка людей, высадившихся со мной вместе на острове. Ну как она поняла, что я доверчивая кретинка и никогда не ожидаю ни от кого подвоха? Лучше бы я не думала, а защищала хотя бы лицо. Но у меня есть такая психологическая особенность – в критической ситуации я как бы замираю и в голове у меня проносятся самые неподходящие для ситуации мысли. Внешне же кажется, что я сохраняю ледяное спокойствие. Но поверьте, это не так. Несколько лет спустя, попав под обстрел в Риге, вместо того чтобы броситься на землю и закрыть голову руками, я стояла и думала о том, что если пуля попадет в мои любимые сапоги, то вторые такие я уже никогда и нигде не смогу купить. Потом один финский журналист спросил меня: «Почему ты стояла? Смотри, пуля задела твой плащ. Хорошо, что он такой широкий. О чем ты думала, идиотка?» «О сапогах», – честно ответила я, полностью подтверждая данное мне только что определение. Меня кое-как отбили от стаи обезьян, залили изрядное количество ран и царапин йодом, ткнули еще раз пальцем в табличку, проверили, не осталось ли в моей весьма потрепанной обезьяньей атакой сумке чего-либо съестного и попросили не отходить от группы ни на шаг. Но этот человеческий взгляд рыже-белой хитрованки, взаимопонимание на уровне жестов и то, что она так точно меня «считала», продолжали меня беспокоить. Мне кажется, что с этого случая мое любопытство по отношению к обезьянам приобрело характер некоторого наваждения. Я специально ходила в зоопарки и питомники и наблюдала за обезьянами. Именно там я поняла чешское выражение «обезьянья любовь», которое они используют для обозначения мамаш, помешанных на своих детях. Именно там у меня возникло совершенно литературное ощущение, что вот этот огромный старый обезьян смотрит на меня из-за решетки и, наверное, считает, что за решеткой – я, а не он. Я теряла ощущение пространства по отношению к решетке. И еще я терялась под этим совершенно человеческим взглядом, который вообще превращал решетку в некую абсурдную и излишнюю инсталляцию. Мы смотрели друг другу в глаза долго-долго, и мне вдруг стало неловко. А он встал, повернулся ко мне спиной (и голой жопой) и обреченно махнул рукой. Именно так – не прощально, а со вздохом. Потом у меня случилась с обезьянами история-новелла. Я закурила сигарету и подошла к клетке, где скучал взрослый самец. Он тут же радостно приблизился к прутьям и просунул руку: его пальцы сжимались и разжимались, отчетливо прося сигарету. Я достала сигарету и протянула, наверняка, тоже вопреки всем правилам. Он тут же сунул ее в рот. Потом достал, покрутил в руках, посмотрел на меня и сунул в рот фильтром. Я засмеялась. Он опять просунул руку и стал что-то просить. Я дотронулась до его руки. Он недовольно отмахнулся и продолжал просить. Я поняла, что пацан хочет спички. Он хотел их очень сильно, потому что кокетничал, подмигивал, строил рожи и вообще всячески кадрил меня. Я смеялась, но спички держала на безопасном расстоянии от его руки. В этот момент откуда-то сверху, с дерева, которое было в вольере, медленно, как будто спросонья, начала спускаться другая обезьяна. Дама не торопилась, но почему-то я сразу поняла, что ничего хорошего нас с пацаном не ждет. Она не торопилась как-то очень выразительно. А он, что-то почуяв, тоже как-то очень выразительно стал ко мне равнодушен. Дама подошла к нам, постояла, потом резким движением выдернула у него изо рта сигарету и презрительно выкинула со своей территории в мою сторону. Потом она почесалась и совершенно неожиданно дала мужику лапой-рукой по башке. Выглядело это ну буквально как пощечина. Потом, не глядя в мою сторону, она повернулась и медленно полезла обратно на дерево. Он, понурив голову, не попрощавшись, медленно побрел за ней. Я обиделась, потому что считала, что ну ровным счетом никакого повода для ревности не давала и что можно было, по крайней мере, со мной попрощаться по-человечески. Очень поздно, я узнала, что по восточному гороскопу я – обезьяна. Я уверена, что все обезьяны, с которыми я вступала в контакт, даже визуальный, это сразу понимали. Поэтому они меня «считывали», расшифровывали мой взгляд, жесты, обижались на меня или радовались мне. Я очень часто вспоминаю того старика-обезьяна за решеткой, который научил меня чувствовать условность решетки и условность свободного пространства. И даже то, что в этот раз именно мне выпало поздравить вас, наши умные и лучшие из читателей, с Годом обезьяны – поверьте, не случайно. Я вас поздравляю! Если бы вы знали, что вас ждет! Если бы вы знали – то это был бы не год обезьяны. С этой тварью (услышьте нежную интонацию) ничего ни предсказать, ни предвидеть, ни спланировать нельзя. Она будет заглядывать вам в глаза и дурить по полной программе. Будет весело, господа, помяните мое слово. Gazeta.Ru *************************************************************************************** ПЕСНЯ ПОД БОЙ КУРАНТОВ Был Новый год, светились звезды
детства, Взрослели мы, и наши увлеченья Припев: И помню Новый год военный, страшный, Бойцы ласкали ветки стройной елки, Припев: И вновь идет год новый, Пенись, вино, звени хрусталь бокала! Припев: ****************************************************************************************
ЗАГАДОЧНЫЙ ДЕД МОРОЗ В эти предновогодние дни мне вспоминается удивительная история, которая произошла в Новогоднюю ночь. Это было в конце восьмидесятых - все друзья жили там и не помышляли об иммиграции. Наш дом был просторным и всегда открытым для всех. Мы собрались пять пар близких друзей, с которыми отмечали вместе все праздники. Договорились встретиться к 21.00. Дружно накрыли стол, он ломился от всевозможных салатов, закусок, напитков. У каждой хозяйки было свое «коронное блюдо», поэтому можно представить, какое пиршество нас ожидало. Дети наши и наших друзей, получив уйму подарков, носились в радостном возбуждении по всему дому. Присмирить их не было никакой возможности, да, собственно, никто и не пытался это сделать. К 22.00. стол был приготовлен, и мы сели, чтобы проводить старый год и немного перекусить. Едва пригубили, как раздался звонок в дверь. «Пейте скорей! Это, наверное, Новый год у порога!» - пошутил мой муж и пошел открывать. Появление гостя у всех вызвало улыбки. Это был Дед Мороз, огромный, под два метра роста, косая сажень в плечах, весь в снегу (зима тогда удалась снежная, холодная) и с огромной бородой. Я подумала было, кто же из гостей мог сделать такой чудесный сюрприз, но обязанности хозяйки захватили меня, и мои мысли тут же переключились на дела насущные. Тем временем Дед Мороз уже раздавал подарки детям, их мордашки сияли от счастья. Они тогда были еще маленькие и верили в чудеса. Он дарил им смешные сувениры, книжки, шарики, карандаши. Женщинам Дед Мороз преподнес по живой алой розе, а мужчинам выставил на стол бутылку «Посольской», отчего они пришли в неописуемый восторг, словно дети. Все сели за стол. Наш Дед Мороз оказался не только щедрым, но красноречивым и остроумным. От его тостов и шуток все буквально катались по полу, а он невозмутимо продолжал играть свою роль. Пил и ел Дед Мороз с завидным аппетитом, искренне нахваливая кулинарные таланты сидящих за столом женщин. При этом с серьезным видом выспрашивал рецепты приготовления блюд, словно хлопотливая хозяюшка, отчего заставлял нас смеяться еще сильнее. Потом предложил детям танцевать у елки, петь песни и читать стихи. Это было действительно прекрасно и трогательно. Дети смотрели на него, словно на Божество, спустившееся на Землю на их праздник. За каждое стихотворение или песенку он награждал их подарками, которые доставал из огромного мешка. Потом добрался и до нас, взрослых, и заставил нас тоже «зарабатывать» подарки. Веселье было в самом разгаре, когда кто-то из гостей заметил, что через семь минут наступит Новый год. Все быстренько расселись за столом, мужчины едва успели открыть шампанское. Дед Мороз произнес замечательный тост и попросил, чтобы каждый из нас загадал желание (мое исполнилось!). Ровно в полночь наши бокалы сомкнулись в мелодичном звоне хрусталя и боя часов. Наступил Новый год... Но праздник продолжался еще долго, до самого утра. Детей, уставших, но счастливых, уложили спать, а сами веселились, танцевали, шутили, пели песни. Дед Мороз удивлял нас своей неистощимой энергией, жизнерадостностью и необыкновенным шармом. А как красиво он пел! Какой богатый сильный голос был у него! Гости умирали от любопытства: кто же это?! Время от времени кто-то из них вызывал меня в другую комнату и просил раскрыть этот секрет. Я загадочно улыбалась и не желала «выдать тайну», сама же недоумевая, кто это мог быть. Я перебирала в памяти всех возможных знакомых, но тщетно - у нас просто не было таких знакомых! Дед Мороз ушел под утро, часов в шесть, так и не раскрыв себя, но оставив в наших сердцах теплое и доброе чувство. Потом долго обсуждалось, откуда он взялся. Друзья нас с мужем буквально пытали, не веря, что мы не знаем этого человека. Это было Новогоднее чудо - появление загадочного Дед Мороза, имени которого мы даже не знали. С тех пор прошло много лет. Мы часто вспоминаем ту ночь и «нашего» Деда Мороза. И где бы он ни был сейчас, мы желаем ему долгие лета и много радостей, земной любви и большого счастья. Мы помним тебя, наш дорогой Дед Мороз! **************************************************************************************
СТУЧАТ? - ОТКРОЙТЕ ДВЕРЬ! В этот предпраздничный день утро началось с визитов незваных гостей. Вначале в дверь громко постучал молодой человек и предложил купить сервис Hi Speed Internet. Когда же я ему напомнил, что ровно год назад мы с ним заключили такой же контракт, он, нисколько не смутившись, порекомендовал мне еще приобрести package дополнительных услуг, от которых я, вежливо поблагодарив, отказался. Минут через десять кто-то с шумом просунул в почтовое отверстие буклет, предлагающий льготную подписку на «Toronto Star», которую мне бесплатно доставляют в офис. Ожидавший ответа очаровательный мальчонка был всё же рад, когда я, отказавшись, таки купил у него три экземпляра выпуска газеты. Вскоре меня и в третий раз оторвали от работы за компьютером, но на стук реагировать я уже не торопился и только через минуту с явным неудовольствием уставился в глазок. Увидев в него приветственно помахавших мне рукой девушек, дверь все же открыл. - Можно поговорить с Вами о доброте? - робко спросила одна из них по-русски с сильным канадским акцентом, - мы не займем у Вас совсем немного времени. - О доброте? – переспросил я. - О ней самой; она так нам нужна в нашей неспокойной жизни. Правда, сестра Ричуэл? – обратилась она к подруге... После такого вступления мне, заинтригованному не столько темой предстоящего разговора, сколько «английским» русским, ничего не оставалось, как пригласить девушек зайти. Признаться, я не пожалел, что потратил почти час на беседу с ними. Собственно, ничего нового гостьи мне не поведали, но они так убежденно говорили о дефиците доброты в общении между людьми, особенно иммигрантами, и приводили столько ярких примеров из истории, что я поинтересовался источником их знаний. - Вот она, Книга книг, - показала мне на Библию Мэнди. - У Вас есть такая? - Есть, - ответил я с готовностью и показал свою Тору в кожаном переплете. - Значит, Вы согласны, что на любой вопрос можно найти в ней ответ? – с надеждой спросила Ричуэл. - Согласен, - сказал я. – И слушал вас внимательно. А теперь, если вы не против, расскажите мне о себе. Кто вы, откуда у вас обеих такой хороший русский язык?.. Я, в свою очередь, поделюсь со своими читателями впечатлениями о вашем визите: в номер готовится рубрика «Предновогодние встречи». - О’ кей, - согласилась Мэнди. – Я, пожалуй, так и сделаю. Только хочу Вам, Геннадий, предложить познакомиться с последними выпусками нашего журнала «Пробудитесь!», который издается на десятках языков и распространяется по всему миру. - Я хорошо знаю это издание, Мэнди. Мне его часто приносит Мирослав Назаркевич. Более того, иногда мы своей газете в рубрике «У нас в гостях» с разрешения издателей печатаем интересные статьи на темы общечеловеческого звучания. Особенно ценны, на мой взгляд, материалы на научные темы. И мне, издателю со стажем, импонируют не только прекрасная тематика и грамотный русский язык, но и общая высокая издательская культура журнала. В отличие от другого издания – «Сторожевая башня», чисто религиозного, рассказывающего только о «Свидетелях Иеговы», - «Пробудитесь» рассчитан на всех людей, независимо от их религиозной принадлежности. Верно?.. - О, это чудесно! - вся засветилась Мэнди. – Я обязательно передам Ваше мнение моим братьям и сестрам. Так о чем Вам рассказать?.. ...И я узнал, что Мэнди - бухгалтер, урожденная канадка, заинтересовалась русским языком еще шесть лет назад, когда родители взяли ее с собой в Калининград, куда поехали в качестве консультантов по строительству. Вернувшись в Торонто, она продолжила изучение языка в «Религиозном собрании», где немало русскоязычных иммигрантов из бывшего Союза. Теперь, когда она может с ними общаться на их родном языке, «доносить слово Божье», как она говорит, гораздо легче. - Я счастлива, что меня понимают и что мне верят, - радуется Мэнди. – Мне настолько полюбились русские, что я решила поехать в Россию. Я списалась со своими единоверцами, и вот теперь еду в Нижний Новгород на целый год. - И родители не возражают? – спрашиваю. - Я уже достаточно взрослая и, хотя прислушиваюсь к их мнению, - решение, как правило, принимаю сама. - Вы типично эмансипированная канадка? Любите быть независимой от мужчины, даже больше него зарабатывать, крепко, по-мужски жать руку?.. - Зачем же? Бог нас создал такими, какие мы есть. Я совсем не умаляю роль мужчины в семье. Он – лидер, а жена – советчик и помощник, друг. В конце концов, семья – это и есть содружество двух людей. А женщина... Иногда ей хочется быть слабой. Правда, Ричуэл? - Конечно, - Ричуэл соглашается немедленно.- И давать много счастья мужу, семье, близким. Я так и сказала своему жениху, и он со мной полностью согласен. По профессии я секретарь. Буду секретарствовать и у него, помогать в работе. Так что, необходимое взаимопонимание у нас уже достигнуто... Выясняется, что совсем скоро, 7 февраля, она выходит замуж и что обязательно научит своего будущего супруга русскому языку. Я желаю Ричуэл счастья. И Мэнди тоже быть счастливой. А еще я ей желаю удачной поездки в далекую и ставшую близкой для нее Россию. Обеих девушек благодарю за откровенность и добрые слова. - С наступающим Новым годом! – раздается в ответ. – Вам, всем вашим читателям – любви и согласия!
|
