|
Геннадий Дерткин
ВРЕМЯ ВЫШЛО...
Всё произошло,
как в шахматах. Закончилось отведенное на
большую властную игру время, и «флажок»
Эдуарда Шеварднадзе упал. А вместо него в
небо взвились белые флаги с красными
крестами – флаги древней Грузии и мирной
армии сотен тысяч жителей Тбилиси, ведомых
молодыми оппозиционерами
Михаилом Саакашвили, Нино Бурджанадзе и
Зурабом Жвания.
Я не буду пересказывать
бурные события последних трех недель в
Грузии, наши читатели - достаточно хорошо
информированные люди, да и все ведущие
масс-медиа уделили им, этим событиям,
много внимания. Я лишь набросаю
несколько штрихов к портрету Шеварднадзе и
к той ситуации, которая предшествовала его
принудительному отречению от власти.
Время уходить?..
...В январе 1973 года только что
открывшуюся фотовыставку «Шаги семилетки»,
в подготовке которой я, тогда еще молодой
старший редактор Грузинского ТАСС,
принимал участие, неожиданно
посетило бюро ЦК КП Грузии во главе с
только что избранным (а вернее, назначенным)
первым секретарем Эдуардом Шеварднадзе.
Пояснения четко давал мой друг и коллега
Альберт Вигнанский (светлая ему память),
прекрасно справившийся с «ответственным
поручением» нашего
директора Владимира Чиаурели. А потом
важным гостям представили всех
присутствующих журналистов, и когда
подошла моя очередь, Эдуард Амвросиевич,
пожимая мне руку, зачем-то переспросил: «Как,
как Ваша фамилия, говорите?». Признаться от
такого, казалось бы, безобидного
любопытства, мне стало как-то не по себе, но
я еще раз твердо, как мне тогда показалось,
повторил свою, в общем-то,
труднопроизносимую фамилию. Многие,
работавшие с Шеварднадзе, потом тоже не раз
отмечали, что от холодного взгляда «хозяина»
и даже от его «голливудской улыбки» они
испытывали какой-то необъяснимый трепет.
Впрочем, объяснение нашлось, когда бывший
министр охраны общественного порядка стал
«выметать» партийных и хозяйственных
коррупционеров.
Первые встречи с
журналистами
Позже
ситуация начала меняться - по инициативе Э.Шеварднадзе
в Грузии стали проводить смелые
экономические эксперименты, своеобразные
предшественники рыночных отношений:
«Потийский», «Абашский», «Тбилисский»... О
новых грузинских начинаниях стала говорить
вся страна, в Грузию зачастили высокие чины
из ЦК КПСС, авторитет Э.Шеварднадзе в Москве
стал расти не по дням, а по часам,
и грузинский руководитель
«заработал» в результате героя
соцтруда и место кандидата в члены
политбюро.
...Как-то
мой большой друг и замечательный ученый,
профессор, принадлежавший к знаменитой
ленинградской медицинской школе, министр
здравоохранения республики Вахтанг
Бочоришвили, ставший потом личным
консультантом Шеварднадзе, однажды по
секрету рассказал мне, что «хозяин»
серьезно болен: «У него плохо с сосудами...».
Я не знаю, насколько точен был в своем
диагнозе ныне покойный Вахтанг Гаврилович,
но многие в Грузии однозначно считали, что
физически Э.Шеварднадзе вполне здоров, а
недуг его называется совсем по-другому – «болезнью
власти». Остряки тут же сочинили
анекдот, который, говорят, дошел до
самого Шеварднадзе, вполне нормально
оценившего шутку, в которой, как всегда,
было немало правды. Вот она, эта байка.
Уезжая из родного села Мамати, что в Гурии,
за карьерой, Эдуард Амвросиевич оставил
матери запечатанный конверт, наказав при
этом: «Вскроешь, когда я займу высокий пост».
Но не разрешил он вскрыть конверт, когда
стал первым секретарем ЦК комсомола, ни
когда назначили его зам. министра МВД, а
потом и министром, первым секретарем
тбилисского горкома партии, первым
секретарем республиканского ЦК и даже
министром иностранных дел Союза и членом
политбюро. Так и не узнала мать, какую
вершину собирается одолеть ее сын, хотя
казалось – дальше идти ему по властной
лестнице уже некуда. «Подожди еще, мама, -
попросил Эдуард, - еще я не занял тот самый
пост». Забавно, но точно. Впрочем,
честолюбие в карьере – качество, наверное,
необходимое, а «болезнью власти» страдает
большинство политиков.
В 1989-м произошли жуткие события в
Тбилиси, вошедшие в историю как «Кровавое
воскресенье». До сих пор никто толком не
знает, кто именно отдал преступный приказ о
расправе над мирными демонстрантами (адресую
своих читателей к своему комментарию «Ночь,
которая потрясла империю», опубликованному
к 10-летию тбилисской трагедии в №42 от 8
апреля 1999 года и перепечатанному многими
российскими и грузинскими изданиями).
Считаю, что недавнее заявление бывшего
секретаря республиканской ЦК Джумбера
Патиашвили, уже второй раз безуспешно
замахивающегося на президентский пост в
Грузии, о причастности к этому Э.Шеварднадзе
– не болеe,
чем черный PR. К тому времени это был уже другой
Шеварднадзе. Это был известный на весь мир
соавтор «нового мышления» в международных
делах, миротворец, и именно он прибыл в
Тбилиси для того, чтобы убрать танки с
тбилисских улиц, что и было сделано чуть ли
ни в тот же день.
Уж не знаю, что заставило Э.Шеварднадзе
после громкой добровольной и, я бы сказал,
мужественной отставки с должности главы
МИДа СССР и «хлебного», как говорят в Грузии,
места председателя Фонда Горбачева
вернуться домой. Если желание остановить
гражданскую войну на родине, начавшуюся
после насильственного свержения первого
президента независимой Грузии Звиада
Гамсахурдиа, то это похвально и заслуживает
всяческого уважения. Помню только, что его
возвращение в Тбилиси было встречено с
надеждой и благодарностью за этот
непростой шаг.
Как раз в это время я работал в Риге, где
возглавлял отделение уже переставшего быть
тассовским Национального информационного
агентства «Сакинформ». Когда триумвират
Тенгиз Китовани-Джаба Иоселиани-Тенгиз
Сигуа пришел к власти, я подумал, что пора
паковать чемоданы – ведь решение о моем
назначении принял парламент во время
короткого «царствования» Гамсахурдиа. Но
отзыва не последовало, очевидно, им просто
было не до меня. Но после избрания Э.Шеварднадзе
председателем Госсовета отделение
преобразовали в Постоянное информационное
представительство Грузии в трех балтийских
странах – Латвии, Литве и Эстонии, а меня
утвердили руководителем. В 1992 году (в потом
и годом позже) я входил в состав
объединенной делегации Ассоциации
выходцев из Грузии в Балтии «Самшобло» и
Информационного постпредства, которую в
здании бывшего института марксизма-ленинизма
принимал Эдуард Шеварднадзе.
На встрече с председателем
Госсовета
В 92-м это был совсем другой руководитель –
несколько растерянный и лишенный реальной
власти человек. В этот день со мной
произошло ЧП – в лифте многоэтажного дома в
Дигоми, где жила моя сестра, меня, угрожая
оружием, ограбили два бандита. Очевидно,
вид был у меня никудышный, потому что Эдуард
Амвросиевич сразу это заметил и заботливо
спросил: «Что с Вами, батоно Геннадий...
Дерткин? Правильно я запомнил Вашу фамилию?».
Я был поражен: надо же, какая цепкая память,
ведь прошло без малого двадцать лет! Когда я
в двух словах рассказал об инциденте, Э.Шеварднадзе
сказал грустно: «Вот видите, как
разгулялись бандиты? Надо наводить порядок!»,
и я вдруг опять увидел прежний блеск его
холодных глаз.
«Порядок
стали наводить», убрав тех, кто привел к
власти Э.Шеварднадзе: упекли в тюрьму Джабу
Иоселиани и Тенгиза Китовани, сняли с поста
премьер-министра Тенгиза Сигуа, начисто
проиграли войну объединенным отрядам
абхазов, чеченцев и казаков в
сепаратистской Абхазии, которых поддержали
российские военные, растеряли позиции в
Южной Осетии, ослабили свое влияние в
Аджарии. В стране начался экономический
коллапс, уровень жизни населения упал до
самой низкой отметки, что привело к
массовой эмиграции жителей Грузии и оттоку
ценных кадров в Россию, а коррупция, с
которой так жестко расправлялся когда-то Э.Шеварднадзе,
стала процветать. Те обещания, которые были
даны во время его прихода к власти,
оказались невыполненными: ни об
объединении, ни о консолидации, ни о
повышении уровня жизни.
Раздумья
перед отставкой
Митинги не прекращались три недели...
В области внешней политики тоже нечем
было похвастать -
противостояние с северным соседом и
заигрывание с Западом не приносило
желаемых результатов. И всё это происходило
уже при президенте Э.Шеварднадзе,
наделенным исключительной властью, но он,
надо отдать ему должное, не стал диктатором.
А недовольство возрастало, но глава
государства в 2000 году был переизбран на
второй пятилетний срок, и только «революция
роз» не дала ему возможность легитимно
закончить свое тридцатилетнее правление в
Грузии.
Флаги победившей
оппозиции
После объявления
отставки
Да, Э.Шеварднадзе заставили
уйти. Массовые демонстрации, вызванные
протестом против подтасовки результатов
парламентских выборов, на которые пошли
власти, должны были послужить четким
сигналом для опытного политика. Но в этот
раз чутье его подвело, как никогда. Более
того, уже, когда стало ясно, что игра
проиграна, и «флажок» вот-вот упадет, Э.Шеварднадзе
вместо того, чтобы договориться
с оппозицией и пойти на уступки,
распорядился о введении в стране
чрезвычайного положения, стал угрожать
арестами и судами. И тут произошло
непредсказуемое: теперь уже самого Э.Шеварднадзе
стали сдавать его приближенные.
Ретировался и «аджарский десант»,
присланный его вечным оппозиционером
Асланом Абашидзе, решившим на этот раз
оказать президенту поддержку. Приезд
министра иностранных дел России Игоря
Иванова только приблизил бескровную, к
счастью, развязку,
и только тогда, когда вооруженные силы и
полиция стали переходить на сторону
восставших, Э.Шеварднадзе понял, что его
карта бита, он объявил о своей отставке.
Случись это на пару дней раньше, - ушел бы
Эдуард Амвросиевич Шеварднадзе более
достойно - как Шарль де Голль, как Михаил
Горбачев, как Жан Кретьен, наконец,
согласившийся оставить пост премьер-министра
на два месяца раньше срока. Впрочем, и 50 лет
в политике – тоже достойный финал, и Эдуард
Шеварднадзе войдет в ее анналы.
Михаил
Саакашвили
Нино
Бурджанадзе
Зураб Жвания
Власть молодых победителей в Грузии
практически признана и в самой стране, и на
Западе, и на Востоке. Остается только
надеяться, что путь
ее становления и конституционного единства
управления страной будет пройден успешно, а
народ древней Сакартвело приобретет
спокойствие и благополучие.
Счастья тебе, Грузия!
24
ноября 2003 года
***
И
в заключение. Канада призвала народ Грузии
к проявлению сдержанности в условиях
переходного периода после отставки Эдуарда
Шеварднадзе с поста президента, а новое
руководство республики - к проведению
демократических выборов. "Канада
приветствует сдержанность,
продемонстрированную всеми сторонами в
ходе мирной смены власти, произошедшей в
Тбилиси. Мы не можем переоценить важность
стабильности в этот переходный период", -
заявил министр
иностранных дел Канады Билл Грэм.
Фото
Associated
Press,
Серго Эдишерашвили и Анатолия Рухадзе (Грузия)
НА
ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
|