Геннадий Дерткин

 ДО СВИДАНИЯ, НАШ МЭР, ДО СВИДАНИЯ...

То, что станцовано, у меня никто не отнимет.
Испанская поговорка, обожаемая хореографами

            Этой медали – семь лет. И выпущена она в честь 200-летия самой главной в Канаде и самой длинной в мире улицы - Yonge Street, названной так тогдашним губернатором Онтарио Джоном Симко в честь своего британского начальника, друга и благодетеля Джорджа Янга. Но на медали изображен не знаменитый англичанин, а не менее знаменитый канадец мэр North York Мэл Ластман.
            Такую честь наш мэр заслужил по праву. При нем одна из основных частей большого Торонто, формально считавшаяся самостоятельным городом, развивалась динамичнее всех, и Yonge Street, проходящая по ней, была и остается по сей день, пожалуй, самой привлекательной - красивой, удобной, широкой, с прекрасными высотными билдингами и уютным сквером, который опять же носит имя Ластмана.
            Кипучая деятельность мэра не могла пройти незамеченной и нами, профессиональными журналистами, решившими назвать свою новую газету именем улицы-рекордсменки. Так появилась The Yonge Street Review, и первый визит членов ее Редсовета был нанесен в муниципалитет в начале 1997 года. Мэр нас принял радушно, поздравил с выбором оригинального названия, дал пространное интервью, сфотографировался на память, пообещал всяческое содействие русскоязычной общине вообще и газете – в частности, и как водится в таких случаях, об обещании своем скоро забыл. И было отчего забыть: в Торонто началась оживленная полемика по поводу объединения пяти городов в один мегасити. Участники дискуссии разделились на два ожесточенно спорящих лагеря, и самым отчаянным противником этой объединительной идеи был Мэл Ластман. Он чуть ли не ежедневно раздавал интервью, в которых довольно аргументировано доказывал никчемность затеи, которая, по его мнению, не только не сэкономит миллионы долларов провинциального и городского бюджетов, но и наоборот - приведет к резкому увеличению расходов.

            Но было в активном противостоянии мэра что-то чисто рекламное, и в майском номере газеты (она тогда выходила раз в месяц) я опубликовал результаты миниопроса русскоязычных жителей North York, которые в своем большинстве ратовали за то, чтобы мэром Большого Торонто стал именно Мэл Ластман (к тому времени принципиальное решение о создании мегасити было уже принято). В своем коротком комментарии к опросу я высказал предположение, что г-н Ластман вопреки своей ожесточенной критике этой идеи так и поступит - выставит свою кандидатуру на выборах главы города-гиганта.
            Реакция мэрии была незамедлительной: «Почему Вы решили, г-н редактор, что наш мэр изменит свое мнение и даже будет бороться за высокий пост?» - голос помощника Ластмана в телефонной трубке звучал не то удивленно, не то недовольно. -  Впрочем, объясните это, пожалуйста, самому господину мэру, я переключаю на него». Мэл Ластман был краток: мое предположение он не подтвердил, но и не опровергнул, сделав только комплимент моей, как он выразился, «журналисткой проницательности» и поблагодарив русскую общину за доверие. Тот памятный разговор состоялся в пятницу, а в понедельник Мэл Ластман срочно созвал пресс-конференцию и объявил о своем «сенсационном» решении баллотироваться в мэры мегасити Торонто. Потом дружески пожал руки присутствующим журналистам, а мне вдобавок бросил обнадеживающую фразу: «О своем обещании я не забыл!».
            С тех пор прошло немало лет. Мэл Ластман легко победил своих конкурентов на выборах – его успехи на поприще городской головы North York были определяющими. Но руководить районом большого города – одно дело, а вот возглавить 4,5-миллионный мегасити – дело совсем другое.
            Теперь нового мэра было «не достать». Он создавал новые дерзкие проекты и успевал бывать везде – и на приемах высоких гостей, и на захватывающих хоккейных матчах НХЛ, и на парадах сексуальных меньшинств, и на ежегодных встречах Negev Dinner, и на всех официальных и неофициальных мероприятиях, и даже изредка помогал своему сыну, участвуя в набившей всем оскомину телерекламе бизнеса своего великовозрастного отпрыска - «No-o-o- body!..». Где уж там вспомнить о своем обещании!
            А между тем город-гигант, впрочем, как и вся провинция Онтарио, оказался в тяжелых условиях экономии, любезно подаренной ему правительством «прогрессивных консерваторов» Майка Харриса. «Политика здравого смысла» онтарийского премьера больно ударила по  правам горожан, и Мэл Ластман - надо отдать ему должное – выкручивался, как мог. Но урезанные ассигнования на социальные нужды пагубно отразились не только на медиках, лишившихся работы, на пенсионерах и инвалидах. Они аукнулись гораздо позже, когда на первых порах возникли неразбериха и неорганизованность в отражении эпидемии атипичной пневмонии, приведшие к гибели десятков людей. И это в городе, много лет считавшимся лучшим в мире для проживания! А чего стоит ситуация с энергетическим катаклизмом, лишившим электроэнергии в числе других североамериканских городов и Торонто... Попробуйте поставить себя на место Ластмана, и сразу станет ясно, что от неудач не застрахован никто. И останется только корить мэра за необдуманные фразы в адрес одной из африканских стран, за наскок на Всемирную организацию здравоохранения, за ставшими всеобщим достоянием его семейные неурядицы в прошлом, за бестактное обращение к Папе Римскому...
            Всё это при большом желании можно, конечно, назвать скандалами, но мы будем считать случившееся «издержками производства». У мэра есть несомненные заслуги. Он настоял на строительстве новой линии метро, построил мост к островному аэропорту, реформировал ресторанную сеть, создал зоны развлечений для малышей... Да мало, чего сделал он для громадного города за годы своего правления!
            А к чему мы всё это? Да к тому, что Мэл Ластман покидает свой пост, и в ноябрьских муниципальных выборах принимать участия не будет. А, подводя итог его многолетней работы в Торонто, можно еще раз обратиться к популярной испанской поговорке, которую мы поставили в эпиграф: то, что им «станцовано» - то, что им сделано, у него не отнять никому.
            До свидания, наш мэр, до свидания... И спасибо за верную службу.

НА  ГЛАВНУЮ  СТРАНИЦУ