Наш новый автор – Д.Сеглевич. Вот что он пишет сам о себе.
  Когда родился: в 1950-м.
  Происхождение: что вам в династии моей? Мать - русская, отец... был врач.
  За границей: до 1992-го не был.
  Родственников за границей: имел сотни, о чем не знал.
  Образование: высшее, к.т.н.
  Гражданство: Канада, Израиль.
  Место работы: до 1987 - научный сотрудник НИИ атомных реакторов, под Ульяновском; затем - Пермь, завлаб НИИ управляющих систем, ст. преподаватель политеха. 1992-1994 гг.- институт Вейцмана, Израиль; 1994-1996 гг. - Кав Манхе,Тель-Авив; 1996-2000 гг. - пресловутый Нортель; сейчас - 724 Solutions, Sr. Software Developer.
  Публикации: около 40 работ по искусственному интеллекту и базам данных.
  Рассказы и заметки на уровне областной и городской прессы. (В Канаде - только в «Беседе» и YSR). Стихи - только в институтской газетке и на институтских вечерах.
  Хобби: был бессменным капитаном команд КВН и «Что? Где? Когда?», но это было давно... и правда.
  Семейное положение: жена Лариса - лучший преподаватель музыки в Торонто, а возможно, и во всей Канаде (правда, еще не все канадцы об этом знают).


    Давид Сеглевич

Смена веков
Миниатюры

  Сократ говорил о нашептывающем ему голосе. Это не было признаком душевного заболевания. Не найдете в анналах мировой истории личности более здоровой – морально и физически – нежели Сократ!
  Анну Ахматову спросили, трудно ли писать стихи. «Что ж трудного, если диктуют?» - был ответ.
  И ко мне временами является Некто. Нашептывает. Говорит обычно в рифму и чаще от моего имени. Мой демон немногословен, что подчеркивает разницу между ним и мною. Это, разумеется, не сократовский и не ахматовский демон. Рангом он, пожалуй, пониже того, что являлся альтисту Данилову. Сужу по тому, что, может, он иногда и глупость сморозить, что никак не приличествует демону высокого ранга.
  Многие годы я и не думал записывать его высказывания, и большинство их вскорости забылись. Потом я начал запечатлевать эти опусы где-нибудь на листочке или в компьютере, снабжая для памяти приблизительной датой или заголовком. Вот некоторые из них.

Эпиграф
Откровений не жду впереди.
Неприкаянно, пусто и сиро.
Мой Вергилий, веди же, веди
Через ад современного мира!

Воспоминание (1987)
Зачем сей облик нарисован?
Стоит, в простор вперяя взгляд.
“Я не расстанусь с комсомолом!” -
Обычный пошленький плакат.

Еще одно воспоминание...
Земную жизнь прошел до половины -
Гляжу: народ и партия едины!

Мороженое
Стоит киоск. В нем крем-брюле.
Не зарастет к нему тропа,
Как завещал великий Ле...,
Как учит нас родная па...

Перестройка (весна 1990)
Нам обещают смену вех...
А ну их, право… к черту всех!

Апрель 1991
На площадях не вижу рати я,
Но где-то точатся штыки...
Так делай, делай, демократия,
Свои последние шаги!

Май 1991
Не очень клево жить в Москве:
Там все висит на волоске.

Обществу “Память”
Сегодня мне приснился сон,
Как будто я - жидомасон.
Поставим мощные заслоны,
Чтоб не прошли жидомасоны!

Отъездное (1991)
Оставим здесь больную совесть,
Смятенье, страхи, непокой
И, ухватив последний поезд,
Помашем прошлому рукой.

Мячом резиновым поскачем
От черных труб и чахлых нив,
И перед нами замаячит
Приморский город Тель-Авив.
И станет жизнь сложней и проще...
Жара... Шум моря на заре...
И апельсиновые рощи,
И новогодье в сентябре.

Лимерик
о бренности бытия
Все умрем. Это просто фатально.
Это даже немного брутально.
Неприятно - так что ж?
От судьбы не уйдешь.
Убегать от судьбы - аморально.

Еще о ней же...
Над нами сумрак неминучий...
Такой вот неприятный случай.

Эпохальный лимерик
Я не спился в эпоху застоя.
Это - дело весьма непростое.
Из последних из сил
Я застой выносил,
Но ругался при этом раз сто я.

Бессонница (1995)
Вновь ночной опустился покой,
Заполняется дней картотека...
На исходе двадцатого века
Дни похожи один на другой.

День Победы
Редко слышим про залпы побед,
Про бомбежки, недолгие сборы.
Той войны простывает уж след,
И уходят мои кредиторы.

Торонто (1998)
То тета, то йота,
То алеф, то зед...
Чужая “Тойота”,
Причал, парапет.

И чайки. Им все бы
О чем-то орать...
Глядят небоскребы
В озерную гладь.

Возвращение с работы
Десять скучных неспешных часов
Из сейчас в никуда я отправил.
Не слыхать уже их голосов.
День прошел и следов не оставил.

Мексиканское
Посреди двух огромных Америк
Написал я изящный лимерик.
Должен каждый поэт
Воспевать Новый Свет,
Мол, прекрасный здесь климат и берег.

О Боге
Ничем меня не удивишь.
Каир я видел и Париж,
Объездил Новый Свет и старый,
Не раз стоял пред Ниагарой,
Познал, что пышно, что убого,
Лишь не встречал десницы Бога.
И если вдруг к нему явлюсь,
То очень сильно изумлюсь.

О юморе
Помрачнел изрядно юмор,
Перевелся острослов...
Очень жаль, что рано умер
Александр Иванов!

Без названия...
О время, время, славный драматург!
Сценарий, что задумал демиург,
Давно уже тобою переписан.
Сменились декорации цвета,
Актер не тот и публика не та,
А в тексты ветхие заложен новый смысл.
* * *
Не сетуй, есть другая жизнь.
Закрой глаза и окажись
В спокойном регулярном мире,
Где дважды два – всегда четыре,
Дороги – под прямым углом,
Добро в гармонии со злом,
Давно покорена природа...
И где тебе четыре года.
* * *
Жизнь умеряет прыть
Под гнетом прошлых лет.
Все меньше “может быть”,
Все больше твердых “нет”.

Зима 2000
Ко всем еще несчастьям -
Противный мокрый снег.
И полыхают страсти,
И иссякает век.

Апрель в Торонто
То дождь со снегом,
То снег с дождем.
То Доджем едем,
То поезд ждем.

Зима 2001
Мороз и снег.
Уходит день за днем.
Скончался век,
А я остался в нем.